Выбрать главу

- Баб Варь…, - тихо попросила я.

Варисса словно ждала этих слов. Повернувшись, она грохнула об стол ещё одну тарелку. Несколько капель оставили некрасивые отметины на бежевой клеёнке. Мужик тут же пристроился рядом.

- Жалеешь? - принялась рассуждать бабка, - Не жалей. Ославит на весь дом, плакать будешь. Опять через окно лазал. Дверь-то зачем нужна? Тебя спрашиваю, - она отвесила мужику подзатыльник.

Сёма никак не отреагировал на рукоприкладство, разве что прихлёбывать стал интенсивнее.

- И все равно хорошего мало. Здоровый лоб, вечером, да к девице…

Польщённый Сема неразборчиво хрюкнул, заслужив ещё один подзатыльник. Я пожала плечами. Вот было бы хорошо, может, парни шарахаться перестанут. Хотя вряд ли, кад-арт любые слухи пересилит.

- Он у тебя пузырь разбил, - грустно сказала Варисса, - Вонища теперь.

Я вопросительно подняла бровь. Семафор с болью в глазах кивнул.

- А все твоя приблудная..., - запал у бабки прошёл и она присела рядом задумчиво подперев щёку кулаком, - А может, брешет?

Мужик возмущённо дёрнулся, но промолчал, вовремя втягивая голову в плечи, и хрупкая морщинистая рука загребла воздух.

- Ленка, хвост ведь на всю жизнь, - грустно заметила Варисса.

Я с сомнением посмотрела на соседа, но тот не отвлекался от тарелки. Что-то тут не сходилось, Эилоза была со мной. Даже призрак не может находиться в двух местах одновременно. С кем столкнулся сосед и кого испугался? Бабка права, это хвост. Но он у меня один.

Звонкий стук ладошек об пол отвлёк её от тягостных раздумий. В кухне появился годовалый Арти. Фиолетовый камешек волочился по полу на простой белой верёвке. Мы не заметили, как стих плач. Стоя на четвереньках, Арти оглядел кухню и тут же сосредоточился на более важном, а именно, вытягивании провода из-за стола.

- Теська, - бабка подхватила мальца на руки и вышла в коридор, - Ты будешь заниматься ребёнком или нет?

Ответили ей нецензурно, Варя в долгу не осталась, похоже, у неё открылось второе дыхание, а может, третье или четвёртое. Зря Теська нарывается, запас прочности у бабки большой.

Я сполоснула тарелки, подмигнула грустному Семе, и пошла к себе. Вторая дверь от кухни была приоткрыта, я никогда её не запирала, не видела надобности. Первое, что бросилось в глаза, это подсохшее коричневое пятно на пороге, косяке и даже обоях. Резкий запах спиртного неприятно щекотал ноздри. Осколки уже убрали.

Может, действительно пора запретить Семафору тут лазить. Дело не в слухах и соседях. Ничего не изменится, даже если я в каждое полнолуние буду танцевать голой на лавочке. Мой кад-арт, моя защита и проклятие.

Примерно треть всех камней идентифицированы, отражают внутреннюю суть владельца, его основные качества. Мой - сапфир. В простонародье «камень монахинь». Олицетворяет чистоту, целомудрие, невинность, веру, постоянство. Казалось бы, будущее предопределено, но… не хочу я в обитель и все. Так я и заявила двум монашкам, как-то пришедшим к нам в дом. Женщины даже растерялись, судя по камню хотеть обязана. Они пришли, что бы распространить божью милость, а девчонка нос воротит.

От этой милости в личной жизни одни проблемы. Вернее в её отсутствии. При первой встрече мы смотрим не в глаза человеку, а на его камень. Стоит парню увидеть мой кристалл, как он тут же начинал смущаться, прятать до этого чересчур активные руки за спину, некоторые даже краснели. Так бы и ходила до сих пор в девственницах, если б не Влад. Мой партнёр, и в танце и в работе. Как-то раз напившись, мы проснулись в одной постели. Жаль, что воспоминания об этом у меня сохранились смазанные. После полугодового отчуждения и чувства взаимной неловкости, мы откровенно поговорили, высказали претензии, избавились от недомолвок и тем самым спасли дружбу. Сейчас Влад добропорядочный отец семейства, имеет жену Нату, двух сыновей погодков Валериана и Динатира и тёщу Бориславу, постоянно косящуюся на меня с подозрением.

Я же по-прежнему одна.

После обеда я поехала в строительную контору. Раз в неделю нужно было рассчитываться с ремонтной бригадой, просматривать и утверждать смету, на деле сокращать её вдвое. Заехав в банк, я вставила в порт терминала свой кад-арт. Машина начала обработку данных. Сигнал известил об окончании операции, на экране быстро сменяли друг друга надписи: «начислена сумма», «не забудьте взять квитанцию, «претензии без квитанции не принимаются».

Я спрятала кристалл разума под рубашку. Кто придумал встраивать в камни разума чип и использовать вместо документов и кошельков? Тут и паспорт, и свидетельство о рождении, и страховой полис, и диплом, и пропуск.

Кристалл - носитель всех сведений, плюс именной счёт с деньгами. Из наличности в ходу остались мелкие монетки, которыми можно расплатиться с уличными торговцами и в транспорте. По закону каждая торговая точка обязана иметь терминал.

С одной стороны, хорошо. Документы всегда при себе, в сохранности, кристаллы практически невозможно потерять, разрушить или украсть. Если и сведёт вас нелёгкая с сумасшедшим, позарившимся на кад-арт, отдавайте. Имперский корпус правопорядка найдёт его минут за десять. Достаточно ввести в поисковую систему личный код, и местонахождение камня определят с точностью до сантиметра.

Но всегда есть другая сторона. Людей уже давно стали судить не по их поступкам, а по тому, какой камень они носят, по его свойствам, а не по чертам характера, именно поэтому меня так настойчиво сватают в монастырь.

К выцветшему остановочному комплексу, разбрызгивая грязь, подъехала маршрутка. Выскочив, я подняла глаза к хмурому небу, набрякшие влагой облака низко висели над городом, того и гляди дождь пойдёт снова. Как назло, лучшие строительно-отделочные конторы находились почти на границе города. На границе с ворошками. Пятьсот метров по объездной дороге, поворот направо. Просёлочная дорога. Приставучая рыжая грязь, размытая дождями и замешанная колёсами большегрузных автомобилей, липла к ботинкам.

Мобильный завибрировал в кармане, когда уже был виден длинный деревянный барак, весьма качественно переделанный в офис и склад материалов.

- Привет, мам?

- Что у тебя с квартирой? Ремонт закончили? - спросила она, и, не давая ответить, быстро заговорила: - У Маньки Мироновой, соседки, беда. Один из прежних владельцев оспорил сделку по суду и тю-тю квартира. И прежнюю не вернуть, и новой нет. Деньги, конечно, вернули, но теперь на них такое жилье не купить, вот и я думаю….

Я слушала, пропуская поток информации мимо ушей. Мама свято уверенна, что мне есть дело до всех её знакомых, друзей, знакомых друзей, их родственников, парикмахеров, врачей.

Ты не занята? Я тебя отвлекаю?

- Не-е-ет, - протянула я, задумчиво рассматривая сетчатый забор, огораживающий стоянку, - Все хорошо. Мам. Правда.

- Денег хватило? Если нет, скажи. Мы вышлем или привезём. С переводами сейчас надо поосторожнее, я слышала о мошенниках….

Я снова отключилась от разговора, оставив его протекать по краю сознания. Папа всегда говорил, нашей маме надо дать выговориться, это не остановить, только пережить, как стихийное бедствие.

- Да, да. Обязательно позвоню, - чётко уловила я момент прощания, - Не волнуйся. Привет папе.

Захлопнув телефон, я потёрла виски. Родителей я люблю, но не понимаю. Как и большинство сверстников. Вечные проблемы отцов и детей. Их приверженность к раз и навсегда установленным порядкам, по которым нельзя даже переставить полку для обуви к противоположной стене, а хлеб надлежит покупать только до обеда и только в одной булочной, апельсиновый сок выжимать вручную, вызывали глухое раздражение. Одно время мама любила пошутить на тему папиной привлекательности и непостоянства. Грехи молодости, усмехалась она. Говорят, он остепенился лишь после моего рождения. В отличие от мамы и бабушки не вижу ничего смешного в супружеской измене.

...