Наконец, мой провожатый остановился перед дверью с китайскими иероглифами. Распахнув ее, он указал внутрь помещения. Я вошел, и офицер с грохотом захлопнул за мной дверь. На этом его миссия была закончена.
Вероятно, я очутился в офицерской кают-компании. Я предполагал так, увидев перед собой большой стол, за которым сидело человек пятнадцать. Все они уставились на меня. Среди них были белые, темнокожие и несколько людей с азиатской внешностью. На некоторых лабораторные халаты, а на остальных — гражданские костюмы. И конечно же, во главе стола восседала Стратт.
— Доктор Грейс, как добрались?
— Как добрался? — вспылил я. — Черт возьми! Меня, ни слова не говоря, мотали по всему земному шару…
Стратт взмахом руки прервала мой словесный поток.
— Это всего лишь формула вежливости, доктор Грейс. Мне нет дела до того, как прошла ваша поездка.
Поднявшись со стула, она обратилась ко всем присутствующим:
— Дамы и господа, это доктор Райланд Грейс из Соединенных Штатов. Он выяснил, как можно размножать астрофагов.
За столом раздались возгласы изумления.
Один мужчина вскочил на ноги и заговорил с сильным немецким акцентом:
— Вы не шутите? Stratt, warum haben sie[43]…
— Nur Englisch![44] — прервала его Стратт.
— Почему вы сообщаете нам об этом только сейчас? — возмущенно проговорил немец.
— Сначала я хотела получить подтверждение. Пока доктор Грейс был в дороге, я вызвала в лабораторию команду техников. Они забрали оттуда четырех живых астрофагов. А я выделила доктору Грейсу для работы только три.
Пожилой мужчина в лабораторном халате спокойным размеренным голосом заговорил по-японски. Сидящий рядом японец помоложе в костюме графитового цвета стал переводить:
— Доктор Мацука почтительно просит описать подробности процесса.
Стратт отступила в сторону и, указав на свой стул, произнесла:
— Располагайтесь, доктор Грейс, и выкладывайте нам все.
— Минуточку! — запротестовал я. — Кто эти люди? Почему я на китайском авианосце? И вообще, вы когда-нибудь слышали про Skype?!
— Перед вами международный совет высококлассных ученых и политтехнологов, который я собрала для руководства проектом «Аве Мария».
— Что за проект?
— Долго объяснять. Все жаждут услышать о вашем прорыве с астрофагами. Давайте с этого и начнем.
Я поплелся в другой конец кают-компании и неловко сел во главе стола. Все взоры были прикованы ко мне. И я рассказал про шкаф из досок, поведал в подробностях о каждом эксперименте: как готовил его, как проводил. А потом в качестве вывода озвучил свою гипотезу жизненного цикла астрофагов, пояснил, как и почему она работает. Ученые и политики задали мне пару вопросов, но в основном слушали молча, иногда делая пометки в блокнотах. Сидящие возле нескольких членов совета переводчики тихонько шептали им на ухо, пока я говорил.
— Вот, собственно, и все, — завершил выступление я. — Результаты еще предстоит как следует проверить, но сама идея довольно проста.
Немец поднял руку.
— Возможно ли в будущем культивировать астрофагов в крупных масштабах? — спросил он.
Все невольно подались вперед. Безусловно, вопрос имел принципиальное значение, и каждый задавался им. Я оторопел: в комнате вдруг повисла напряженная тишина.
— Итак, — в голосе Стратт послышалось нетерпение, — пожалуйста, ответьте министру Фогту.
— Конечно, — кивнул я. — То есть… почему бы нет.
— Но как вы этого добьетесь? — настаивала Стратт.
— Думаю, надо изготовить большую керамическую трубу, согнутую в форме колена, и закачать туда углекислый газ. С одного конца раскалить ее до максимально возможной температуры и установить там яркую лампу. Накрутить вокруг магнитную катушку для имитации магнитного поля Солнца. А с другого конца потребуется ИК-излучатель, испускающий свет с длиной волны 4,26 микрометра и 18,31 микрометра. Внутренняя поверхность трубы должна быть как можно более черной. Должно сработать.
— И как именно все это «должно сработать»? — настаивала Стратт.
Я пожал плечами.
— Астрофаги наберут энергию на том конце, где «Солнце», и, когда будут готовы к размножению, полетят, ориентируясь на магнитное поле, к изгибу трубы. А дальше увидят инфракрасное излучение на другом конце и устремятся туда. Источник излучения и контакт с углекислым газом запустят процесс воспроизводства. А затем материнская и дочерняя клетки вернутся к «Солнцу». Все довольно просто.