Увы, здесь нет ксенонита (так я назвал загадочное инопланетное вещество, из которого сделан цилиндр, и никто мне не указ). Зато есть припой[97] и паяльник. Беру кусочек припоя, расплавляю с одного края и приделываю к сфере, обозначающей Тау Кита. К счастью, кусочек сразу же прилипает. С ксенонитом нет никаких гарантий.
Проверяю себя не один и не два, а целых три раза, дабы удостовериться, что верно соотношу одну из маленьких звезд с нашим Солнцем (освещающим Землю). И припаиваю к Солнцу другой конец проволоки.
Порывшись в запасах, нахожу кусочек твердого парафина. Немного усилий, открытого пламени и тихих ругательств, и из моих рук выходит жалкое подобие модели линии Петровой, присланной инопланетянами. Прикрепляю дугу к Солнцу. Смотрится неплохо. По крайней мере, идею уловить можно.
Разглядываю свое творение. Изящные тонкие линии ксенонитовых усов изуродованы добавленной мною проволокой с двумя пузырями на концах и страшненькой восковой дугой. Словно в углу картины Леонардо да Винчи кто-то накалякал цветными карандашами. Однако придется работать с тем, что имеем.
Пытаюсь прикрутить к цилиндру крышку, но теперь они не хотят соединяться. Пытаюсь снова. Тщетно. Наконец, вспомнив, что эридианцы используют винты с левой резьбой, поворачиваю крышку против часовой стрелки, как бы «откручивая». В следующие мгновение обе части цилиндра плотно соединяются.
Теперь надо отправить посылку обратно. Вежливо. Да только я не смогу. По крайней мере, не в режиме центрифуги. Стоит мне выйти за борт, как я тут же улечу далеко в космос.
Хватаю цилиндрическую штуковину и карабкаюсь в командный отсек. Опять пристегиваюсь ремнями к пилотскому креслу и нажимаю «Замедлить вращение». И вновь я чувствую, как отсек кренится, правда, теперь вроде бы в другую сторону, хотя знаю, что на самом деле все остается на своих местах, просто на меня действует боковое ускорение.
Гравитация постепенно исчезает, отсек «выравнивается», и я снова в невесомости. На сей раз никакой паники. Наверное, мой рептильный мозг примирился с тем, что гравитация то появляется, то исчезает. Трансформация завершается последним глухим ударом, когда обитаемый отсек, перевернувшись, вновь пристыковывается к хвостовой части корабля.
Облачаюсь в скафандр, хватаю цилиндр и опять устремляюсь за борт. Теперь не надо проделывать весь путь по корпусу с перестегиванием фалов. Я просто защелкиваю карабин в шлюзовой камере.
«Объект А» прекратил вращаться — наверное, повторил за «Аве Марией». Расстояние до их корабля по-прежнему 217 метров. Не нужно быть легендарным Джо Монтаной[98], чтобы сделать этот пас. Мне всего лишь нужно толкнуть цилиндр в сторону «Объекта А», корпус которого не меньше ста метров в диаметре. Вряд ли я промахнусь.
Отправляю штуковину обратно. Она уплывает от меня с приемлемой скоростью. Около 2 метров в секунду — темп бега трусцой. Это тоже своего рода коммуникация. Таким образом я сообщаю своим новым друзьям, что могу доставлять посылки несколько быстрее. Цилиндр удаляется к кораблю эридианцев, а я возвращаюсь к себе.
— Ну что ж, ребята, — произношу я вслух, — враг моего врага — мой друг. Если астрофаги ваши враги, то я ваш друг.
Смотрю на экран телескопа. Правда, иногда немного отвлекаюсь, так как играю в пасьянс «Косынку» в уголке навигационной панели. Но каждые несколько секунд проверяю экран телескопа. Пара плотных перчаток, которые я притащил из лаборатории, пытаются куда-то уплыть. Я хватаю их и засовываю в спинку кресла.
Прошло уже два часа, но мои инопланетные друзья до сих пор молчат. Или они ждут от меня еще каких-то сигналов? Я лишь попытался сообщить, с какой звезды прилетел. И теперь очередь эридианцев что-нибудь ответить, верно? Интересно, есть ли у них вообще понятие очередности реплик в диалоге? Или это принято только среди людей? А что, если эридианцы живут по два миллиона лет, и пауза в сотню лет перед ответом считается у них признаком вежливости?
Как же избавиться от красной семерки в самой правой стопке? У меня нет ни одной черной восьмерки, и…
Движение! Я так резко поворачиваюсь к экрану телескопа, что мои ноги взмывают почти в центр командного отсека. Ко мне плывет еще один цилиндр! Вероятно, мгновение назад его отправил многорукий робот, вмонтированный в корпус эридианского корабля. Проверяю экран радара. «Объект Б» приближается со скоростью больше метра в секунду. У меня всего лишь несколько минут, чтобы залезть в скафандр!
97
Припой — материал, часто в виде проволоки, применяемый при пайке для соединения заготовок и имеющий температуру плавления ниже, чем соединяемые металлы. Используют сплавы на основе олова, свинца, кадмия, меди, никеля, серебра и другие. Существуют и неметаллические припои.
98
Джо Монтана (1956 г. р.) — профессиональный игрок в американский футбол, бывший квотербек команд «Сан-Франциско Форти Найнерс» и «Канзас-Сити Чифс», вошедший в Зал Славы профессиональных футболистов.