Происхождение Каббалы

8. Сочинения круга Ийюн

Мы не знаем, в чьи руки в различных прованских группах впервые попала книга Бахир. И мы не знаем точно, где она претерпела финальную редактуру. Столь же трудно для нас установить точно, где впервые восточные традиции об архонтах и эонах небесного мира попали в руки в этих областях и где были переработаны далее в сочетании с новым учением о сефирот. Такие общины, как нарбоннская и марсельская, имели прямые контакты с Левантом, и мы уже видели, что учёные Арле тоже хвастали такими связями. Учения, которые могли попасть сюда таким путём, возможно, в XII столетии, сильно отдалены от особой духовной вселенной Бахир, и очевидные ревизии таких материалов в источниках Исаака Коэна также не позволяют ничего понять о духе, двигавшем Исааком Слепым. Склонность этих сочинений перечислять небесные существа и их имена иногда напоминает о списках, встречающихся в Пистис София и других гностических (мандейских) текстах позднего периода. Исаак Коэн, сохранивший для нас много таких списков и перечислений, приписывал их особой группе каббалистов, которые не шли, как остальные, «царской дорогой». Источником этих списков (отличающийся от ранее рассмотренных демонологических спекуляций) он называет Книгу раб Хаммаи, которую он якобы нашёл в Провансе в трёх копиях: одну в Нарбонне, во владении вышеупомянутого анонимного Хасида, и две в Арле[539].

Мы оказываемся в весьма любопытной ситуации. Книга Хаммаи утрачена; Моше из Бургоса, последователь Исаака, ещё продолжал цитировать списки архонтов гностического характера;[540] название появляется в нескольких других сочинениях, вероятнее всего, появившихся в Провансе. Но исторический персонаж с таким именем неизвестен. Уже нельзя установить, то ли Амора Хамма бен Ханина превратился в этого псевдоэпиграфического автора, то ли имя Рахма, “1ПйК’, известное нам по Бахир, превратилось в Раб Хаммаи, 1' ПИХ’, то ли мы имеем дело с новым вымыслом[541]. В самых важных сохранившихся текстах Хаммаи появляется как спекулятивный автор XI или XII столетия, который уже опирался на псевдоэпиграфические каббалистические сочинения, распространяемые от имени Хай Гаона (ум. 1040 г.)[542]Вдобавок к «Книге Единства», Сефер ха-Йихуд, от которой остались только некоторые цитаты[543], у нас есть небольшой трактат, озаглавленный Сефер ха-Ийюн, «Книга Умозрения» (или «Созерцания»), сохранившаяся в многочисленных манускриптах[544]. Что удивительно в этом тексте, так это то, что в нём неоплатонический язык и понятия прорываются в старые учения о космологии и Меркабе, настолько же далёкие от языка Бахир, насколько и от языка Исаака Слепого. Несколько сохранившихся страниц, похоже, были небрежно сложены безо всякого чувства структуры, так что изложение частью сбивчивое и трудное для понимания. Книга написана на чистом иврите и в любопытном энергичном стиле. Длинный заголовок гласит:

«Книга Умозрения» великого мастера Раб Хаммаи, главы тех, кто говорит на тему внутренних [скрытых] сефирот, и он раскрыл в ней сущность всей реальности скрытой славы, реальность и природу которой никто постичь не может, [и всё это] точным образом, какова она [скрытая кабход?] в неразделимом единстве, в совершенстве которого соединены высшее и низшее, и в ней [этой кабход] находится основание всего, что скрыто и проявлено, и отсюда выходит всё изошедшее из чудесного единства. И Раб Хаммаи истолковал эти темы, согласно методу учения Меркабы — ал дерех маасе мер-каба — и прокомментировал пророчество Иезекииля.

Язык, использованный в этом заголовке, а также в начале работы, чисто умозрительный. Идея о неразделимом единстве (адут шава) неизвестна для до-каббали-стических еврейских текстов. Этот термин, как становится ясно в сочинениях Азриэля из Жероны, указывает на то единство, в котором все противоположности становятся «равными», то есть, тождественными. Эта концепция и идея coincidentia oppositorum в Боге и высших сефирот (впоследствии играющая такую важную роль, особенно у Азриэля), похоже, появляются здесь впервые. Согласно Азриэлю, Бог — это

.. .Единый, который един во всех Своих силах, как пламя едино со своими цветами и Его силы исходят из Его единства как свет глаз выходит из черноты глаза[545], и они все изошли одна из другой, как аромат из аромата и свет от света; ибо одна исходит из другой, сила испускающего в изошедшем, так что испускающий не несёт никакой утраты.

539

Madda»e ha-Yahaduth 2:245. Уже Штайншнайдер обратил внимание на этот источник, Hebdische Bibliographic, vol. 18 (1877), 20.

540

По нескольким цитатам Моше из Бургоса и Исаака из Акры, вероятно, можно заключить, что его Книга раб Хаммаи была расширенным исправленным изданием Сефер ха-Ийюн, которая рассматривается ниже, или она содержала, по крайней мере, частью, тот же материал. Цитата, которую я опубликовал в Tarbiz 5:181, в самом деле встречается в последней книге. Другая цитата Моше Бургоса, Tarbiz 5:54, также упомянута Исааком из Акре, Ms. Munich 17, fol. 25а; всё процитированное там, за исключением одной строки, также встречается в Сефер ха-Ийюн. Но из контекста ясно, что эта строка, должно быть, тоже происходит оттуда, поскольку без неё текст оказывается неполным. Моё наблюдение, Tarbiz 4:59, таким образом, следует исправить соответствующим образом. Моше из Бургоса цитирует высказывание из книги Хаммаи о тридцати двух путях, но понять можно только тридцать. Ничего подобного не встречается в наших текстах Книги Ийюн.

541

Рейхлин действительно называет автора Хаммаи бен Ханина; см. De arte cabalistica (Hagenau, 1517), fol. 14a. Должно быть, он нашёл его в этом источнике. Поздние источники также цитируют «Великую книгу Ийюн» р. Хамма бар Ханина; так, Давид Халеви (ок. 1500 г.) в Сефер ха-Малкут, напечатанной в Ma»or wa-Shemesh (Livorno, 1839). Есть старые цитаты из Бахир, в которых упоминается р. Хамаи вместо Рахмаи, как, например, в цитате из раздела 74 у Тодроса Абулафия в Ои,ар ха-Кабход, Ms. Munich 103. Уже Zunz, Die Gottesdienstlichen Vortrdge der Juden, 2d ed., 420, обратил внимание на похожий отрывок этого автора. Имя р. Хамма также встречается в виленском издании Бахир (раздел 29 по виленскому разделению текста) и в издании р. Маргалиот (основано на тексте из Вильни) (Jerusalem, 1951). В своём комментарии Кешет ха-Софер, опубликованном анонимно, о «Постановлениях с небес» Иакова из Марвежа (Cracow, 1895), 19, Арон Маркус утверждает, что Хаммаи — это не имя, а слово, означающее «мой тесть», и указывает в качестве автора Авраама бен Исаака из Нарбонны, тестя Рабада. Это объяснение нельзя принимать всерьёз. В пересмотренных текстах Книги Ийюн, сохранившихся в нескольких манускриптах (например, во манускрипте из Флоренции, датируемом уже 1328 г.) этот Хаммаи отличается от «раб Хаммаи Великого», его учителя. Поздние работы даже упоминают «Книгу о внутреннем» (о реальности), Сефер ха-Пенимиют; см. Kiryath Sefer 4 (1930): 275.

542

Сочинения, ложно приписанные Хай Гаону, похоже, распространялись за пределами каббалистических кругов, что заметно по цитате, встречающейся у противника каббалистов Меира бен Симона из Нарбонны. В своей работе Мелге-мет Muu,ea (Ms. Parma, de Rossi 155, fol. 243a) он цитирует Хай о том, что во время молитвы Шема следует двигать головой в четырёх главных направлениях, «чтобы тем самым заявить, что Он повсюду и правит надо всем и проявляет провидение». Продолжение (возможно, не самого Хай, а Меира бен Симона) имеет глубоко каббалистический оттенок: «И я получил от отца, что следует направлять сердце в каждом из шести направлений пространства, кецавот [согласно терминологии книги Йецира], вплоть до Бесконечного и Безграничного». Мой умерший коллега С. Ассаф, специалист по сочинениям Хай Гаона, уверял меня, что, судя по стилю и манере мышления, обе части этого утверждения непредставимы для Хай, и потому поддельны. Во всяком случае, человек вроде Меира бен Симона мог счесть их подлинными. Если Меир использовал, сам того не подозревая, неустановленную каббалистическую подделку от имени Хай, также вполне допустимо, что и вторая часть с её совершенно каббалистической идеей каввана (которую едва ли можно приписать отцу Меир бен Симона) уже фигурировала у Псевдо-Хай такого рода, возможно, в постановлении. Следует отметить, что Псевдо-Хай уже упоминался немецкими хасидами как автор объяснений мистических имён Бога, как имени «из сорока двух букв» (в Сефер ха-Хокма, Ms. Oxford, 1568), так и имени «из семидесяти двух букв» (в Сефер ха-Шем, Ms. Munich, 81). Эти мистические толкования, возможно, добрались до немецких хасидов через Италию.

543

См. Jellinek, Auswahl kabbalistischer Mystik, 9, о немецкой части. Иеллинек не мог знать, что упомянутые им каббалисты взяли свои цитаты у Давида Мессера Леона, который свидетельствовал около 1500 г. в своей Маген Давид, Ms. Halberstain 465 (сегодня в Еврейском колледже Лондона), fol. 7Ь, что «видел эту книгу недавно». На fol. 9а он говорит, что это одна из самых любопытных книг по этой дисциплине, но сохранилась только относительно малая часть.

544

Издание Иеллинека, Auswahl kabbalistischer Mystik, 9—10, содержит только начало. Продолжение (ibid., рр. 11—12) относится к другому тексту той же группы. Более полный текст, но усеянный плохими прочтениями, был опубликован в мимеографической копии в Ha-Segula, nos. 27—28. Относительно хороший текст можно установить с помощью сохранившихся манускриптов; я использовал, прежде всего, Ms. Munich 408. Утверждения прежних учёных, такие как Ehrenpreis, Emanationslehre, 44, едва ли требуют обсуждения после нижеследующего анализа текстов.

545

Это согласуется с концепцией Галена, согласно которой свет проникает из мозга наружу через глаза. В стихотворении под названием «Царская корона» Соломон ибн Габироль сравнивает акт Творения с этим процессом: «Он привлёк поток Бытия из Ничто, как луч света прорывается из глаза». Иеллинек уже отмечал эту аналогию; см. Ausivahl kabbalistischer Mystik, 9, а также Geschichte der Kabbala, 1:36—37; 2:29. Термин мешех в смысле «эманации» также был принят у Исаака Слепого и Эшера бен Давида. David Kaufman, Geschichte der Attributenlehre (1877), ИЗ, объяснил это слово верно (вопреки его собственной гипотезе на стр. 1).