– Если хотите, можем пойти прямо сейчас, – предложил агент. – Где вы припарковались?
– У меня нет машины.
– Тут недалеко, – сообщил он. – Я вас подвезу.
Он взял из ящика стола связку ключей и повел ее к небольшому серебристому «Ситроену», стоящему напротив агентства.
– Alors[4], – сказал он. – Поехали.
Он ехал вдоль Бульвар-де-ла-Мер, а потом свернул. На какое-то мгновение дорога показалась Имоджен знакомой, но потом агент снова резко повернул и остановился у выкрашенного в белый цвет домика с красными ставнями и балкончиками. Значит, это не была игра моего воображения, подумала Имоджен, когда все, что я могла вспомнить об Ондо, – это красное и белое.
Она вышла из машины и пошла вслед за агентом к дому.
– Прошу прощения, – сказал он, когда они шли плечом к плечу по дорожке. – Я не представился: Рене Бастараш.
– Имоджен Вейр.
Так было приятно снова представляться своим собственным именем.
– Что, мадам Вейр, надеюсь, это именно то, что вы ищете? – он открыл входную дверь. – Это был семейный дом, который разделили на шесть отдельных апартаментов. Как я уже говорил вам, обычно мы сдаем их студентам и молодежи, потому что удобства и обстановка здесь самые простенькие.
Имоджен вошла вслед за ним в дом.
Почти все пространство прихожей занимала широкая лестница, под ней громоздились велосипеды.
– Вообще-то предполагается, что велосипеды жильцы должны оставлять снаружи, – сказал Рене и начал подниматься по лестнице.
Она пошла за ним.
– И вуаля…
Он распахнул перед ней первую же дверь у лестницы.
Имоджен внутренне готовила себя к самому худшему, поэтому приятно удивилась, увидев светлую, солнечную комнату. Мебели оказалось немного, но зато была даже маленькая кухонька во французском стиле, а еще отдельная спальня с самой крохотной ванной комнатой, какую она когда-либо видела в жизни. В спальне она увидела небольшое окно под самым потолком, а естественное освещение в ванной ограничивалось маленьким слуховым окошком в потолке. Апартаменты не могли похвастаться роскошью или красотой, а балкончик умещал лишь несколько растений в горшках, но зато тут было чисто и вполне уютно. Конечно, Имоджен невольно вспомнила свой дом в Дублине – с бело-голубой просторной кухней, огромной гостиной и ухоженным садом… Да, нелегко от всего этого было отказываться. Она почувствовала, как участился ее пульс и забилась жилка в горле.
– Как вы можете видеть, есть еще маленький садик и общий бассейн, – добавил Рене, пока она молча выглядывала в окно и озиралась по сторонам.
– Сколько? – повернулась она к нему, голос ее прервался, ей пришлось сглотнуть и повторить вопрос.
Сумма, которую назвал Рене, заставила ее ахнуть.
– Черт возьми, это вам не Париж, – сказала она по-французски.
– Вы говорите по-французски?! – он взглянул на нее с изумлением.
– Да.
– И ваш французский звучит очень по-французски! Почему же вы сразу не сказали?
– Ваш английский был так хорош, – она состроила ему гримаску. – Я решила, что это не имеет значения.
– Но вы не француженка, верно?
– Я… – она хотела было рассказать ему, что жила когда-то здесь, в Ондо, но вспомнила о своем плане и сообщила ему, что жила в Провансе, когда была маленькая.
– А, Прованс… – сказал он многозначительно.
– Может быть, это и вотчина басков, но все же это тоже Франция, – заметила она.
Он ухмыльнулся: «Ваша правда. Ладно, как бы то ни было, дайте-ка мне посмотреть, что я могу сделать для вас с ценой».
Он взялся за телефон, набрал номер и стал разговаривать с кем-то быстро и возбужденно.
Из этого торопливого разговора Имоджен поняла, что он просит сделать скидку на долгосрочную аренду для очаровательной женщины из Прованса, которая хочет наслаждаться красотами Ондо в течение нескольких месяцев: ну да, Прованс, но я-то что могу поделать? Разговор становился все более горячим и быстрым. Казалось, ничего у него не получится, но наконец он отключился и сообщил Имоджен, что договорился о скидке тридцать евро в месяц, что, по его мнению, большая удача и щедрость. Потому что, сказал он, это, конечно, может быть, и не Париж, но это гораздо лучше Парижа. Разве в Париже есть море? Или горы? Или люди?
Имоджен не могла сдержать смеха, когда говорила, что будет счастлива арендовать апартаменты на три месяца по этой цене.
– Когда вы хотели бы въехать? – спросил Рене, пока они возвращались к машине.
– Я остановилась в «Атлантик», – ответила Имоджен. – Я сняла номер на неделю, но, если получится, могу выписаться раньше.
– Квартира будет готова для вас к понедельнику, – сказал Рене. – Я прослежу, чтобы там все убрали, но у нас сейчас небольшая запарка, так что сегодня я не смогу этого сделать.