Майор Таран извлек из планшетки записную книжку и продолжал:
— ...в соответствии с приказанием полковника Журавлева, командующего противотанковой группой обороны Харькова, командирам обоих батарей установить связь непосредственно либо же через старшего ... решить на месте ... с подразделениями отдельной иностранной воинской части, которая занимает оборону по северному берегу речки Мжи [86]... ... Личный состав батарей, соприкасающийся с нашими иностранными союзниками, обязан обращаться корректно и соблюдать правила, указанные командующим группой. — Командир полка коснулся взаимоотношений: — ... просьбы и пожелания иностранцев, связанные с взаимодействием в бою, так же, как и все другие, должны выполняться неукоснительно. В случае затруднений, доносить немедленно старшим. Полковник Журавлев особо подчеркивал то обстоятельство, что иностранцы не имеют фронтового опыта, и наш долг обеспечить союзникам всестороннюю помощь и содействие... И не только долг, но и дело нашего воинского престижа. Инструкцию с описанием одежды, знаков различия и обычаев службы иностранцев я перешлю вам немедленно, как только она будет получена, — закончил командир полка [87].
В 10 часов утра 4-я батарея покинула позиции в Мерефе и двинулась на юго-запад. Было пасмурно и сыро. За обочинами дороги высятся заиндевелые сосны. Вокруг преобладают зимние тона — белеют стволы деревьев, белеет земля, укрытая полуметровым слоем подтаявшего снега. Тишина. Не слышно ни гула «юнкерсов», ни грохота стрельбы.
Мой автомобиль легко шел, ломая в лужах лед. У хутора Кривцово раздался сигнал: «Внимание!» Наблюдатель, сидевший позади, указал в сторону хутора Колесники на противоположный берег речки Мжи. Двенадцать танков и бронетранспортеров двигались к одиночным строениям у подножия бугра.
Лед на речке — я знал об этом — был еще достаточно крепок. По-видимому, танки намеревались выйти к берегу. Но, чтобы связать этот эпизод с тем, что. произошло дальше, необходимо остановиться и напомнить положение на западных подступах к Харькову в те дни.
В ходе наступления, которое продолжалось весь февраль, одна из группировок войск Воронежского фронта вышла в район Полтавы. Боеспособность ее ослабла. Некомплект людей, не хватало горючего, боеприпасов и прочих ресурсов. На многие сотни километров коммуникации растянулись. Все более ощутимы становились недочеты во взаимодействии и связи на поле боя.
Полевые военкоматы призывали на службу лиц, проживающих на освобожденных территориях. Но попытка использовать этот контингент для пополнения подразделений на переднем крае не дала должных результатов. В описываемый период соединения по своей численности приравнивались к частям, основу которых составляли сводные подразделения и группы со всем тем, что свойственно всякой наспех созданной, импровизированной организации.
Войска, преодолевая возраставшее сопротивление немецких арьергардов, продвигались на запад и юго-запад. В это время немецкое командование, закончив сосредоточение крупной танковой группировки в районе Краснограда, бросило ее в наступление. Действовавшие на отдельных операционных направлениях наши соединения и части не могли в короткие сроки перестроить свои боевые порядки. Завязались встречные бои. Давление противника повсеместно усиливалось. Танки и мотопехота обтекали открытые фланги, прорывались в глубь построений наших войск.
В сложившихся условиях не было шансов удержать занятые рубежи. Наши войска начали отходить к Северскому Донцу.
Одна колонна немецких танков 4-го марта заняла Новую Водолагу и двинулась на Валки и Люботин. Другая наступала в сторону Тарановки и Мерефы. Противник рассчитывал в районе Харькова сомкнуть свои ударные группировки и окружить наши войска.
Обстановка носила в высшей степени неустойчивый характер. В глубине боевых порядков наших войск то и дело появлялись разведывательные подразделения танковых дивизий противника. Так, 6 марта одно из них (5 танков, 8 бронетранспортеров и колесных машин) заняло Мерефу. Наши колонны, отходившие со стороны Карловки, остановились. Немцы удерживали Мерефу в течение шести часов, пока не подошли наши батареи. Кто-то из старших командиров приказал открыть огонь. Оставив две подбитые колесные машины и одного пленного, немцы ушли на юго-запад по дороге, которой теперь двигалась 4-я батарея.
И вот они снова. У крайних домов хутора Кривцово огневые взводы 4-й батареи развернулись и с расстояния 4000 метров открыли огонь. Стали стрелять орудия кавалерийской части, занимавшей хутор. Один танк загорелся. Было подожжено два бронетранспортера [88].
Танки укрылись за строениями, начали ответную стрельбу. 4-я батарея двинулась дальше. Лесная дорога то удалялась, то подворачивала вновь к речке.
В полдень 4-я батарея прибыла в назначенный район и приступила к занятию позиций.
Мой НП — на чердаке сарая, в двухстах шагах от орудий. Командир взвода управления и часть разведчиков готовились в путь, нужно собрать сведения о противнике и своих частей. Все остальные оборудовали боевые порядки.
Приехал капитан Громов. Мы поднялись на НП к приборам, осмотрели местность. Заместитель командира полка ввел меня в курс обстановки на рубеже южнее Мерефы, уточнил боевую задачу и секторы стрельбы 4-й батареи — основной и дополнительный. Были назначены ориентиры и произведена кодировка местности.
— На участке иностранцев вы знакомитесь только с передним краем, — объявил Громов, — связь с ними приказано поддерживать мне... В сто восемьдесят второй гв. СП сообщите, что я занят левым соседом и раньше завтрашнего дня с командиром полка встретиться не сумею. Для организации моего НП выделите разведчика, двух телефонистов, кабель, аппараты... Остальных людей я возьму в первой батарее. Вашим... через сорок минут явиться, — он указал хату в южной части хутора и направился вниз по приставной лестнице. — Все. Поеду в штаб к иностранцам.
Я проводил заместителя командира полка, вернулся на НП. Работы по оборудованию боевых порядков продолжались.
По сведениям, которые сообщил капитан Громов, линия фронта на тот день имела довольно сложную конфигурацию. В южном направлении бои шли в 15–20 километрах на рубеже Тарановки. Наши войска оставили районы, лежащие на западе. Только отдельные подразделения 6-го гв. КК [89], 350-й СД и другие части, попавшие 4-го и 5-го марта под удар западной немецкой колонны, выходили мелкими группами к речке Мже, в полосе от Мерефы до Соколово. Севернее Мерефы противник после занятия города Валки, продолжая наступление, начал поворачивать в северо-восточном направлении.
Пользуясь стереотрубой, я знакомился с прилегающим ландшафтом. Доносились орудийные выстрелы, приглушенные и редкие — с северо-востока, гораздо отчетливей — с юга. Где-то грохочут разрывы бомб. «Юнкерсы» наносят удары по боевым порядкам наших войск и объектам в ближних тылах.
Люди взвода управления, закончив маскировку, заняли места у приборов и приступили к выполнению своих обязанностей. Шли к концу работы у орудий. Старший лейтенант Никитин — старший на батарее — доложил о готовности к открытию огня.
Спустя немного времени, на позиции 4-й батареи пришли чехословацкие командиры в сопровождении капитана Громова. Мне, как, впрочем, и всем людям 4-й батареи, еще не доводилось встречаться с иностранцами, У чехов заметно приподнятое настроение. Они были одеты в обмундирование английского образца.
— Внимание... по местам! — подал команду старший лейтенант Никитин.
Орудийные номера, поочередно поднимаясь, представлялись. После осмотра позиций чехословацкие воины и люди расчетов собрались в ближайшем дворе. Стали знакомиться. Один из пришедших, указав в направлении стрельбы, стал говорить, подбирая русские слова.
— ... Там… далеко ... за снежными холмами ... лежит Чехословакия... наша порабощенная Родина...
Лица чехословаков посуровели и, обратив взгляды на запад, они умолкли. Политрук Кокорин коснулся плеча поручика, высокого и стройного, нарушил молчание:
86
Отдельный чехословацкий батальон, прибывший на фронт в начале марта 1943 года, заполнял промежуток на внешних флангах между 25-й и 62-й гв. СД. —
87
Когда лица, присутствовавшие в помещении, ушли, майор Таран задержал старшего лейтенанта Романова и меня и объявил дополнительные указания, изменявшие до некоторой степени характер задачи 1-й и 4-й батарей. Майор Таран отказался отвечать на вопрос старшего лейтенанта Романова, откуда они исходят. —
88
ЦАМО СССР. Ф. 595-го ИПТАП РГК. Оп. 123179 с. Д. 2. Л. 179. Штаб полка. Операт. сводка 8.03.43, х. Островерховка.