Выбрать главу

Данная книга предназначена для предварительного ознакомления! Просим Вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.

Чарльз Шиэн-Майлс

«Просто не забывай дышать»

Серия Сестры Томпсон – 2

Оригинальное название: Charles Sheehan-Miles “Just Remember to Breathe” 2012

Чарльз Шиэн-Майлс «Просто не забывай дышать» 2012

Серия: “Thompson Sisters” / «Сестры Томпсон»

Номер в серии: 2

Перевод с английского языка

Переводчик:  Лина "Lina_Belskaya" Брукс

Редактирование:  Ольга Саяпова

Оформление: Ольга Саяпова, Светлана Дорохова

Переведено для группы: « Art of translation | Искусство перевода »

 

Аннотация

Жизнь Алекс Томпсон распределена по сценарию. Являясь студенткой юридического факультета Колумбийского университета, она сосредотачивается на своих оценках, своей жизни и своём будущем. Последнее, что ей нужноэто снова связаться с парнем, который разбил ей сердце.

Дилан Пэриш вернулся домой из Афганистана после серьёзного ранения и знает, что единственная вещь, которую он не может себе позволитьэто влечение к Алекс.

Когда Алекс и Дилан вступают в одну программу исследований, они должны придумать новые правила, чтобы не убить друг друга.

Проблема в том, что они продолжают нарушать правила.

Первое правилоникогда не говорить о том, как они влюбились.

Глава 1

Разбитые сердца и Кофейные кружки

(Алекс)

Я залезаю в машину моей матери, забывая кружку с кофе на крыше автомобиля. Я думаю о том, что сегодня будет тяжелый день. Кружка, подарок от Дилана, слетает с автомобиля и разбивается на миллион частей. Я ахаю, когда вижу в зеркало заднего вида как, словно в замедленной съемке, кружка падает на дорогу, разбрызгивая мой кофе и маленькие фарфоровые кусочки.

Мои глаза наполняются болезненными слезами. Даже если прошло шесть месяцев с тех пор, как мы говорили, с тех пор, как он разбил моё сердце и заблокировал все контакты, игнорируя мои письма, всё равно мне было больно. Я поворачиваюсь и делаю глубокий вдох. Дилан купил кружку у продавца в Иерусалиме, который сделал её с фотографией нас обоих, держащихся друг за друга, когда мы стояли по пояс в Средиземном море. На фотографии у нас удивительно пустое выражение лиц, мы смотрим друг другу в глаза. Оглядываясь назад, я чувствую себя так, будто была под наркотиками.

Конечно, Келли на протяжении шести месяцев говорила мне выкинуть кружку. Время двигаться дальше. Пора забыть Дилана.

Я глубоко вздыхаю. Келли права. Да, у нас были проблемы. Да, я напилась и сказала то, что не хотела говорить. Но нет ничего непростительного. Уж точно не его исчезновение.

Я смотрю в зеркало и быстро поправляю макияж, затем паркую машину. Через два дня я лечу в Нью-Йорк, на второй год обучения и я, чёрт побери, получу новую кружку.

Новая кофейная кружка. Что-то, что будет не из моего прошлого. Келли гордилась бы мной.

Я начинаю парковаться, и мой телефон выбирает именно этот момент, чтобы зазвонить. Не в силах проигнорировать его, я поднимаю трубку.

– Алло?

– Это Александра Томпсон?

– Да, это Алекс, – говорю я.

– Здравствуйте. Это Сандра Барнхард из офиса финансовой поддержки.

– О, – отвечаю я напряжённо. Со школьных дней я не хотела получать звонки от некоторых людей, и этот звонок был в начале списка. – Эм…чем я могу вам помочь?

– Я боюсь, у меня плохие новости. Профессор Аллан собирается в отпуск, поэтому ваша работа в исследованиях отменена.

Бессрочный отпуск? Я думала, профессор Аллан собирается в реабилитационную клинику. Я была уверена, что она была под кайфом в мой первый день. Неважно.

– Так…что это значит?

– Ну… есть хорошая новость, мы дадим вам новое назначение.

Я минуту жду продолжения.

– Эм…может вы могли бы сказать мне, что за назначение?

Сандра Барнхард из офиса финансовой поддержки кашляет, явно смутившись.

– Вы понимаете, всё произошло в последнюю минуту. Но есть местный автор, который просил в помощь двух младших ассистентов. Вы будете работать на него.

– Понимаю. Ну, по крайней мере, это звучит интересно.

– Надеюсь, – говорит она. – Вы готовы вернуться в кампус?

– Нет, я в Сан-Франциско. Я прилечу через день.

– Тогда ладно. Зайдите ко мне, когда вернётесь, я дам вам информацию о вашем назначении.

– Здорово, – говорю я. – Увидимся через пару дней.

Хорошо. Должна признать, это звучит интересно. Местный автор. Что это на самом деле значит? Неважно, это, должно быть, интереснее, чем записывать файлы для профессора Аллана.

***

– Алекс!

Крик Келли доходит до ста двадцати пяти децибел, а шаги превышают человеческие. Это объясняется тем, что она подпрыгивает вверх и вниз, словно на тренажере «Кузнечик» 1, прикреплённом к её ногам.

Она подскакивает ко мне и сжимает в крепких объятиях.

– О. Мой. Бог! – кричит она. – Это лето было скучным без тебя. Мы пойдём за напитками. Прямо сейчас.

Я моргаю, затем бормочу: – Я могу сначала занести свои сумки?

Я встала в пять утра, чтобы успеть на первый рейс в Сан-Франциско. Это означает, что я потеряла почти целый день: я приземлилась в четыре вечера в аэропорту Кеннеди. Затем долго ждала свой багаж, ждала такси. Я добралась до общежития в семь вечера.

– Да, конечно! – отвечает она. – Но мы потеряем много времени!

– Келли...

– Я так хочу рассказать тебе, что случилось с Джошем. Вчера он был здесь без рубашки, и…

– Келли.

– ...у него новая татуировка. Она неплохая, но…

– Келли! – кричу я.

Она останавливается, словно я сунула ей в рот вилку.

– Пожалуйста, – говорю я. – Я была в дороге с пяти утра.

– Ты не должна кричать на меня, – говорит она.

– Прости. Просто…мы можем пойти куда-нибудь завтра? Или дай мне хотя бы пару часиков на сон? Я истощена и нуждаюсь в душе.

Она усмехается.

– Конечно. Короткий сон. Разумеется. Но потом мы пойдём гулять. Тебе нужно познакомиться с Брайаном.

Что?

– Кто такой Брайан?

– Боже мой, Алекс, ты слушаешь меня?

Она продолжает болтать, пока я затаскиваю сумки внутрь. Я люблю Келли. Но, боже мой, она может заткнуться на секунду? Я бросаю все сумки на пол, затем обхожу вокруг Келли. Моя кровать, которую я оставила перед отлётом, выглядит очень маняще. Я падаю на неё, чувствуя тяжесть во всем теле, утопая в болтовне Келли, даже не понимая смысла её слов. Стараюсь кивать в нужный момент, но медленно мир исчезает до огромного чёрного пятна. Последняя мысль, которую я помню, это было сожаление, что я разбила эту проклятую кружку.

***

Келли разбудила меня через час и затолкала в душ.

– Я не принимаю никаких протестов, – кричит она. – Пора вылечить тебя от мудака-бывшего.

Боже, словно она по объему застряла в MAX 2.

Не хочу дать неверное представление о Келли. Да, она слишком много говорит. Она девушка, которой я никогда не была. Её сторона комнаты отвратительно розовая, украшенная постерами «Сумерек» и «Голодных игр», и она ведёт себя так, словно у неё больше опыта с парнями, чем у девушек с последней страницы «Village Voice» 3.