Поскольку моральные постулаты носят общий характер, они не могут учесть все нюансы. Руководством при выборе модели поведения может стать лишь детально проработанный кодекс — ведь, как уже сказано выше, доверять самому себе, своей интуиции для определения того, что есть добро, а что — зло, крайне опасно.
В поисках добра надо в первую очередь избавиться от ненужного груза, навязанного нам: разнообразных «шумов» цивилизации, сиюминутных, эфемерных идей, возникших как результат деятельности различных общественных, политических, религиозных и даже коммерческих групп. На следующем этапе рекомендуется построить шкалу ценностей, жизнеспособную и стабильную схему приоритетов и градаций добра и зла, которая сможет существовать не конъюнктурно, без привязки к конкретным условиям времени и места. Она необходима для преодоления конфликтов между различными частными системами ценностей.
Обратимся к такому простому примеру: большинство людей согласны с утверждением, что убийство есть зло. Наравне с этим существует общественное согласие в том, что при самозащите оно допускается, несмотря на заповедь «не убивай» («Исход», 20:13). В связи с этим уместно задать несколько напрашивающихся вопросов: является ли самосохранение благом априори? Есть ли что-нибудь хуже смерти? Существуют ли принципы, за которые стоит отдать жизнь?
Семь заповедей, согласно нашей традиции, данных сыновьям Ноя[7], то есть всему человечеству, охватывают основные понятия морали не с точки зрения отдельной личности или сообщества — они претендуют на то, чтобы считаться абсолютными истинами, и представляют собой тот первичный минимум моральных норм, которыми следует руководствоваться людям. Собственно еврейское законодательство — Галаха — включает в себя во много раз большее число требований, регулирующих поведение людей в разных жизненных ситуациях.
Но любая система моральных ценностей должна быть последовательной и гармоничной. Внутренняя гармония является исходным требованием, общим для всех возможных разновидностей добра. Так же, как все части целого обязаны взаимодействовать согласованно, а все прекрасное непременно должно обладать внутренней гармонией, так и то, что воспринимается как благо, не может существовать изолированно от остальных представлений о морали, о добре и зле. Имея такую шкалу ценностей, мы можем оценивать правильность наших поступков, их приемлемость и ценность.
Эти утверждения стоит проиллюстрировать. Возьмем, к примеру, мосты. Построенные различными людьми, они могут отличаться по внешнему виду, назначению и материалам, из которых сделаны, однако основные принципы их сооружения всегда остаются неизменными. Следует соблюдать расстояние между опорами моста и его конфигурацию с тем, чтобы конструкция смогла выдержать определенный вес. Этот главный критерий допускает использование самых разнообразных форм и деталей, варьирование которых и позволяет строителям избежать единообразия. Однако необходимость учитывать не только эстетические вкусы человека, но и законы физики, приводит к конструктивной общности всех мостов.
Моральные принципы могут отличаться друг от друга, хотя у них также наблюдается некое структурное единообразие, позволяющее выдержать нагрузку (т. е. конфликт ценностей) и одновременно сохранять пропорции между материальным и духовным, земным и Б-жественным. Поиск системы моральных постулатов должен идти по трем измерениям. Во-первых, он должен быть достаточно широк, чтобы охватить все нюансы человеческого поведения; во-вторых, протяженным во времени, дабы заключить в себя прошлое, настоящее и будущее; и быть, наконец, возвышенным, указывая путь к совершенству. Эти измерения — не просто фигура речи или поэтический изыск, а конкретное предложение тем, кто всерьез озабочен поисками добра.
Основным принципом в создании такой всеобъемлющей и принятой всеми системы является необходимость в общности правил. Нельзя иметь отдельную шкалу ценностей для системы общегражданского права и отдельную — для системы религиозного мировоззрения, так как любое сужение сферы применения каждой из них подразумевает несоответствие исходному замыслу. В том случае, когда этот принцип не выдержан, речь может идти максимум о неком частном случае, но никоим образом не о каком-либо основополагающем законе морали.
[7]
См. «Бытие», 9:1–7. В Библии эти законы изложены не очень явно; см. Вавилонский Талмуд, «Санѓедрин», 56б-6Оа, в котором есть более детальное их описание.