Ты почему не ешь перловую кашу? — спросил у меня Владимир Михайлович на обеде в заводской столовой.
Не люблю, — спокойно ответила я.
А я, после того как в десятом классе в «Новом мире» прочитал «Один день Ивана Денисовича», полюбил.
Вы хотите сказать: от сумы и от тюрьмы не зарекайся?
Я хочу сказать, что человек в любой ситуации должен оставаться человеком. Солженицын полагал, что это единственно правильное решение. И я с ним согласен.
А если у человека нет выбора? Что тогда?
Выбор есть всегда, ты это запомни. Даже если тебя съели, у тебя есть два выхода. Перечислить?
Не надо. Я поняла. Приятного аппетита.
Он родился 21 августа 1955 года в роддоме на Тимирязева. Роды были настолько тяжелыми, что малыша с мамой выписали только через три месяца. «Все были маленькими, невзрачными, а мой Володя уже из роддома вышел мужиком», — вспоминает Майя Иосифовна. «Он рос сложным ребенком?» — спрашиваю я. — «Очень. Он с детства был ярким, а яркие личности всегда неоднозначны». — «А вы понимаете, что ваш сын — известный и влиятельный человек?» — «Нет, его статуса я не понимаю. Но я понимаю, что он состоялся. Как личность, как мужчина, как отец. И знаете, что я понимаю еще? Что я не могу жить, если не слышу его голоса».36
Александр Фёдоров. Стремление к вершине
Сколько времени вы уделите нашему разговору? — спросила я, в назначенное время войдя в кабинет генерального директора ОАО «Челябинский трубопрокатный завод» Александра Анатольевича Федорова.
Двадцать минут, — не задумываясь, ответил он.
Этого мало.
Достаточно, — улыбнулся Александр Анатольевич, — а если вы зададите вопрос, который мне не понравится, я с вами попрощаюсь раньше.
Выставите за дверь?
Зачем так грубо? Найду возможность сделать это деликатно.
…Вот такое вступление. Желание познакомиться с Александром Анатольевичем Фёдоровым не покидало меня в течение двух последних лет. Но дозвониться до него было невозможно. Командировки, приемы иностранных делегаций, заседания, — в общем, долгое время Федоров был для меня абсолютно недоступен. Теперь я сидела в его кабинете и судорожно соображала, как же мне всего за двадцать им обозначенных минут реализовать свою навязчивую мечту…
Александр Анатольевич, вы гордитесь, что руководите таким крупным заводом?
В принципе, да.
Это было вашей мечтой?
Мечтой? Никогда об этом не мечтал. Мне просто нравится эта работа.
А о чем мечтали?
Не знаю… Пришел работать на завод двадцать пять лет назад и прошел все ступеньки производства. Сначала работал слесарем, потом заместителем начальника цеха, начальником производства. В девяносто шестом году меня избрали директором завода.
Ваше восприятие завода отличается от того, каким оно было шесть лет назад?
Конечно, отличается. Тогда ситуация была сложнее. Завод был в долговой яме и в одночасье мог стать банкротом. Сегодня он работает стабильно и сполна платит все текущие платежи. За все годы — ни дня задержки зарплаты.
Вы знаете, что происходит на заводе ежеминутно?
Я знаю, что будет происходить в течение недели, и про любой срыв мне тут же докладывают. А если все идет нормально, то ежеминутными знаниями занимаются другие люди: начальники цехов, начальник производства. Это их работа.
Огромный завод — огромная ответственность?
Я знал, на что шел. За мной девять тысяч человек, и я отвечаю за каждого.
Девять тысяч?!
Чему вы удивляетесь? Когда я начинал, на заводе работало двенадцать тысяч людей.
Вы провели такое большое сокращение?
Нет, специальных сокращений мы не делали, чтобы не вызывать социальных взрывов. Просто многие естественным образом ушли на пенсию, а новых работников принимаем в очень ограниченном количестве.