8. Следует, наконец, обратить внимание на построение самого благословения. Ведь относительно Иакова, который является образом позднее появившегося и лучшего народа, т. е. нашего, первое обетование есть обетование небесной росы, второе — земного изобилия. Ибо сначала мы приглашаемся к небесному, когда от мирского отвергаемся, и таким образом впоследствии оказываемся предназначенными наследовать также земное. И Евангелие ваше[862] также гласит: Ищите прежде Царствия Божьего, и это приложится вам[863] 9. Однако Исаву он сначала дает[864] благословение земное и присовокупляет небесное, говоря: От обилия земли будет обитание твое и от росы неба.[865] Ведь установление в Исаве для иудеев, первенцев по рождению, но уступающих другим в любви, после насыщения < иудеев > Законом от земных благ через Евангелие верою направляется к небесным. Но когда Иаков видит во сне утвержденную от земли до неба лестницу и одних ангелов поднимающихся, других спускающихся и стоящего на ней Господа,[866] опрометчиво ли мы истолкуем ее как указывающую путь к небу,[867] по которому одни восходят, другие нисходят, ***[868] что определено судом Господа? 10. Почему же он, когда проснулся[869] и ужаснулся сначала <этому> месту, обращается <затем> к истолкованию сна? Ведь, изрекши: Как страшно сие место! — говорит: Это не что иное, как чертог Божий и это — врата небесные.[870] Ибо он узрел Христа Господа, являющегося Храмом Божьим[871] и вратами,[872] <Господа,> через Которого идут на небо. И, конечно, он не упомянул бы врата неба, если бы у Творца невозможно было попасть на небо. Но есть и врата, которые принимают, и ведущая <туда> <дорога>,[873] уже проложенная Христом, о Котором <говорит> Амос: Который устраивает Свое восхождение в небо.[874] Конечно, не Себе одному, но и Своим, которые будут с Ним. 11. Ибо говорит: Облечешься в них, словно в украшение невесты.[875] Так дивится Дух на устремившихся благодаря тому восхождению к Царствию Небесному, говоря: Летят, словно коршуны,[876] как облака летят и словно птенцы голубей ко Мне,[877] — т. е. просто как голуби. Ведь мы будем восхищены в облака навстречу Господу,[878] — согласно апостолу, — т. е. Тому Сыну человеческому, идущему в облаках,[879] оКотором говорит Даниил, — и таким образом постоянно будем вместе с Господом[880] до тех пор, пока <Он пребывает > и на земле, и на небе, призывающий из–за неблагодарных того и другого завета[881] в свидетели сами стихии: Слушай, небо, и преклони ухо, земля.[882]
867
Тертуллиан опровергает Маркиона, утверждавшего, что у иудеев мертвые пребывают в преисподней.
868
Кройманн предполагает здесь лакуну: «а поскольку Господь стоит вверху, и это и то осуществляется по суду Господа».
876
Про коршунов ни в Септуагинте, ни в Вульгате не говорится. В Септуагинте: «Кто эти, что летят (πέτανται), как облака и как голуби с птенцами (σύν νεοσσοΐς)?» Ср.: