Не откладывая дело в долгий ящик, звоню Ленке. Выясняется, что она пока маме ничего не говорила. Боится.
— Чего ты боишься? Твоя мама такая продвинутая. — Удивляюсь я.
— Продвинутая то она продвинутая, вот только с тех пор, как папа от нас ушёл, она к мужчинам относится настороженно. Я думаю, что её надо как-то подготовить. Давай я тебя пока с ней просто познакомлю. Ты, например, сегодня придёшь к нам в гости. Принесёшь тортик, сувениры из Болгарии. Расскажешь про Живкова, про Вангу, про Димитра и Цветку, хи-хи-хи. Нет, про последнее лучше не надо.
— Лен, а какие цветы твоя мама любит? Белые гладиолусы будет норм?
— Пойдёт! Ты, главное, тортик не забудь, мама у нас сладкоежка.
Я своим предкам тут же доложил, что сватовство пока откладывается, что будущую тёщу сначала надо с зятем познакомить.
— Слава богу, умненькая девочка. Не то, что ты, обалдуй. Она хочет маму подготовить, чтобы с ней ничего не случилось, а ты как обухом по голове, весь в отца, тот тоже, что в голову придёт, то и выкладывает. Ладно. Сегодня ты представляешься, а завтра девочку приводи.
…
В результате череды знакомств, все стороны остались довольны друг другом. Правда, моя маманя всё-таки не удержалась и вставила «шпильку» про алкоголиков деревенских. Хорошо, что все сделали вид, что не заметили.
Потом с бутылочкой «Плиски» и пачкой брынзы зашли к Олегу. Вадим тоже подтянулся.
— Нет, ну никак я, старик, от тебя такой прыти не ожидал! — хлопнул он меня со всей дури по плечу. Пить, что будем? Или мне как всегда за смородиновкой бежать?
Бутылочка бренди сразу вызвала у друзей поэтический порыв:.
Родопская брынза тут же была смешана с алтайскими помидорами, огурцами и луком, в результате получился шопский салат.
— Этот салат — символ Болгарии, потому что здесь смешаны цвета болгарского флага — зелёные огурцы, красные помидоры и белая брынза. — Ленка рассказывает историю болгарских гидов. — Брынза у болгар — национальный продукт, поэтому у них есть даже такой анекдот:
«… Мне брынзу с брынзой пожалуйста!
— А брынзы вам положить?
— Да, и брынзы положить не забудьте!»
Друзья посетовали, что свадьбы не будет, но взяли с нас слово, что когда вернёмся, обязательно закатим «пир на весь мир».
По ходу дела Олег рассказал, что у него появилась идея в этом году создать в НЭТИ студию автомобильного дизайна.
— Ты же мне поможешь? Наверняка что-то помнишь об бсновных направлениях развития дизайна.
— Не вопрос! Я, правда, не следил особо за развитием автопрома. Хотя в самых общих чертах что-то изображу, наверное.
— Так это как раз то, что нужно. Тогда ни один автор не сможет нас обвинить в преднамеренном плагиате. Ты как что-то вспомнишь на эту тему, так сразу письмишко с оказией засылай.
У Вадима за лето тоже произошли заметные положительные изменения в жизни. Он организовал строительную бригаду, и два последних месяца строил в области всякие сараи.
— На следующий год хочу минимум три таких банды сколотить. Работы в деревне — непочатый край. Денег спускают в виде дотаций много [186], а строить некому. За зиму и весну покручусь, договора заключу, а летом сразу после сессии, на трудовую вахту.
Получилось так, что на третий год моего пребывания в новом теле, изменения в судьбах окружающих меня людей начали появляться.
…
14 сентября мы с Леной взяли паспорта и отправились в ЗАГС подать заявление на бракосочетание. Процедуру регистрации нам назначили через месяц.
— … Дорогие Елена и Борис, этот особенный день запомнится вам навсегда. Сегодня вы создали семью, основали новую ячейки советского общества… — ведущая церемонию женщина с голосом партийного работника бодрым речитативом зачитывает нам положенный текст.
— От лица советского государства позвольте пожелать вам счастья, и благополучия. В соответствии с Кодексом о браке и семье в РСФСР объявляю ваш брак зарегистрированным. — Регистратор ЗАГСа вручила нам наши паспорта со штампами о заключении брака.
Вызов из болгарского посольства пришёл только в середине октября. Бюрократия она и есть бюрократия, чтобы любое действие затормозить, исказить и переиначить.
…
В институте мне легко дали академический отпуск.
— Смотри, — напутствовал меня Воловик, он не был мастером художественного слова, поэтому был краток — Не позорь родной ВУЗ. Будь достоин… ну, звания советского студента… и т. д. и т. п.
Ленка сумела договориться в НГУ, что ей перенесли начало занятий на один год по семейным обстоятельствам.
— Я клятвенно пообещала присылать на журфак репортажи из Софии, интервью и… в общем горы золотые, — смеялась она, рассказывая мне об этом.
ГЛАВА 18. ПЛАЩ И КИНЖАЛ
— Майор Шамраев, — раздался в трубке голос секретарши шефа, — вас срочно вызывает Филипп Денисович.
— Слушаюсь и повинуюсь, Надежда Дмитриевна, — шутливо отрапортовал Игорь Иосифович и направился к шефу.
— Никак начальство о деле «ветеранов» вспомнило, — проводил его взглядом напарник Володя Бакланов, тоже майор.
— Этого-то я и боюсь больше всего. У нас ведь всё совершенно запуталось с этими мальчиками, девочками, бабушками, дедушками…
— Потом расскажешь, что тебе начальство напоёт.
— Оно так поёт, что потом не присесть, — хлопнул дверью Шамраев.
В кабинете начальника пятого управления было жарко. Зима ещё не началась, а топили уже по полной программе. Генерал Бобков, вытер пот со лба, отодвинул в сторону ежедневник в чёрной кожаной обложке, снял очки и внимательно посмотрел на вошедшего в кабинет Шамраева.
— Товарищ генерал-майор, по вашему приказанию… — строго по уставу начал доклад майор.
— Присаживайся, майор, время дорого политесы разводить, я так думаю. Догадываешься, с какой целью я тебя вызвал?
— Никак нет, — помня, что подчинённый перед начальством должен иметь вид «лихой и придурковатый» [187], — продолжает рубить Шамраев.
— Всё, майор, не паясничай. Докладывай, что у нас с делом «ветеранов». Как давно мы обсуждали его последний раз?
— Весной. Тогда получили информацию о том, что заместитель главы торгпредства Болгарии Иванов, тот самый, что чудом избежал гибели на пожаре, прислал приглашение всем нашим «подопечным». Самое интересное то, что двое из этой троицы поехать не смогли, а Морозов, вместо того, чтобы взять с собой кого-то из своей семьи, попросил болгар переоформить его на паренька из Новосибирска и его подружку. Так в деле появились странные фигуранты. Как мы смогли узнать, паренёк этот сын однополчанина Морозова. Ну и вот…
— Сидишь тут, штаны протираешь! Тут же что-то интересное наклёвывается. Премии тебя лишить что ли, чтобы лучше работал?
— Воля ваша, товарищ генерал, но я продолжу. Болгары пошли навстречу пожеланию своего спасителя и приглашение переделали. В августе Рогов Борис, так этого парня зовут, вместе с Адониной Еленой и Морозовым Николаем Ивановичем в течение двух недель пребывали в НРБ в качестве личных гостей Иванова Тодора Иванова. Первую неделю они жили в доме Иванова, а потом поехали ка море и на неделю потерялись из виду. Похоже, что бродили по побережью с рюкзаками.
— А в течение первой недели, ничего интересного у них там не происходило? С Живковым они не встречались? Мне покоя не даёт личный звонок Тодора Живкова нашему генсеку.
— Так близко подойти не получалось. Наблюдали из соседнего особняка и с передвижной точки. Телефон тоже не удалось на прослушку поставить. Болгары хорошо свои торговые секреты берегут. Даже от нас. Компания ездила по окрестностям, по термальным источникам, Софию смотрели. Единственная интересная для нас поездка была на юг. Наш сотрудник смог их сопровождать только до Ново-Дельчево. Дальше побоялся быть замеченным и дал им оторваться.
186
программа строительства на селе предполагала выделение средств, которые хозяйства не могли использовать из-за слабой строительной базы, привлекая для освоения выделенных средств «шабашников»