— Хорошо. Тогда, может быть, вы поделитесь соображениями, что и сколько надо предлагать специалистам вашего уровня, чтобы они согласились выехать на временную работу, например, в Болгарию?
— Хороший вопрос. Вы же понимаете, что у каждого человека свои мотивы, свои запросы, свои ожидания. Одно могу сказать совершенно точно, Болгарии надо менять законодательство, чтобы приглашённые специалисты чувствовали себя в безопасности и могли в любой момент выехать из страны. Безопасность и свобода информации — это, наверное, самое главное.
— Я вас понял, мистер Фукуяма, хотя и удивлён безмерно. Такой свободомыслящий человек и так подвержен западным стереотипам. К вашему сведению, в Болгарии очень низкий уровень преступности.
— Это я знаю! — в очередной раз улыбка скользнула по лицу Фукуямы, — просто, в социологии есть одна интересная закономерность, — чем выше уровень насилия на уровне государства, тем ниже уровень уличной преступности. А преследование на уровне спецслужб гораздо опаснее, чем банальная уголовщина. Но вы, камрад Дончев, не расстраивайтесь, на западе многие учёные видят в коммунизме настоящего могильщика буржуазии. Они ошибаются, я считаю, но они есть, и их довольно много. Пойдёмте в зал, сами увидите.
В зале действительно начал доклад Уильям Гибсон, создатель нового жанра в фантастике позже названного «киберпанк».
Предложение его группы было не столь революционно. Ребята предложила создать на базе этого фантастического государства — государство концерн, направленный на «индустрию красоты». Косметика, дизайн тела, трансплантация, пластическая хирургия, трансморфинг, физкультура. Вот, по мнению группы, набор направлений развития. Ради этого, страна должна была включиться в Восточный блок, наработать конкурентоспособную линейку товарных предложений, а потом быстро-быстро перебежать на Запад, возможно через смену элит.
Неожиданно, многим из присутствующих такое решение понравилось. Как-то он выглядел очень реально. К тому же, большинство присутствовавших были воспитаны в рамках стереотипов, относивших СССР с его сателлитами к империи зла.
К сожалению «левый» концепт смогла выдвинуть и обыграть только одна команда. Негласными её лидерами были футурологи Курцвейл и Нейсбит, а в состав входила бабушка феминистского движения Урсула Ле Гуин и югославский писатель-абсурдист Милорад Павич. Наверно поэтому их концепцию можно было назвать «мобилизация в рай» и описывала скорее общество более справедливое, чем счастливое.
— Путь к счастью, прост, — в преамбуле к выступлению задвинула мадам Ле Гуин, — это поголовная наркотизация. Героин в водопровод и все поголовно счастливы. Дёшево и сердито. Не счастье конкретного индивида является целью существования цивилизации, а нечто большее, скрытое от нас ограниченностью нашего разума. Мы пока не знаем, что это, но должны быть готовы к совместным действиям и начать можно с одной небольшой страны. Страны-армии. Гражданин-солдат с пелёнок и до могилы. Счастье каждого в готовности отразить любое неблагоприятное явление, хоть природное, хоть цивилизационное, от нападения соседей, до столкновения с кометой.
Мадам Ле Гуин выступала всё время отпущенное группе по регламенту, но говорила так завораживающе, так искренне, что под самый конец выступления тоже сорвала аплодисменты.
Остальные группы в этот день тоже выступали с подъёмом. Как давно замечено, творческий порыв подобен инфекции, он легко передаётся от человека к человеку, даря состояние эйфории.
Тодор Живков был очень доволен. Идей набралось на целую книгу. Пора было возвращаться на родину, чтобы продумать, кому можно поручить обработку этого массива информации. Кто сможет сформулировать цель развития Болгарии, и возможные пути достижения этой цели. Ясно, что заняться этим могли только лучшие умы, но кого назначить лучшими умами? Не чиновников же их министерства образования.
…
За неделю, проведённую на зимнем вулканическом острове посреди бурного Эгейского моря, все участники этого мозгового марафона сблизились настолько, что девушки рыдали при прощании в Афинском аэропорту. Уильям Гибсон пообещал написать супер бестселлер по мотивам этого симпозиума, у него даже уже готово название «Симпозиум между Сциллой и Харибдой». Детектив в духе Агаты Кристи. Зато Урсула Ле Гуин решила, что лучше уделять больше времени феминистскому движению, а не пустому писательскому творчеству. В общем, можно сказать, что мировая культура получила мощный толчок.
ГЛАВА 22. ДА, ДО ЭТИХ ШТУЧЕК МАСТЕР
Прошло уже почти полгода, как Натан Фарб приехал в Болгарию. Господи! Как же ему надоела эта страна с её туповатым народом, с ужасным сервисом, с плохими условиями жизни, это же надо до такого додуматься — держать скотину в том же доме, где живёт всё семейство. Хоть вход в жилые помещения отдельный, и на том спасибо. Запах навоза, всё равно чувствуется, и, кажется, что настолько въелся в одежду, волосы и даже кожу, что не смоется никогда. Сегодня утром Натан решил встретиться с главой американской разведки, чтобы ему наконец разрешили вернуться на родину. Так как за полгода он так и не увидел никого, кто был бы похож на Боба из Сибири.
Натан шёл по бульвару Баучера по направлению к Южному парку, где расположено посольство США. Бульвар весной, летом или даже осенью выглядел бы симпатично, но зимой с голыми скелетами лип, дубов и каштанов он навевал только тоску и депрессию.
Внезапно кто-то легко тронул Натана за рукав его куртки.
— Добрый день, мистер Фарб! — Натан обернулся на голос и обомлел от удивления. Его догнал тот самый «зверь, чтона ловца бежит», или как там, в русской пословице? Разыскиваемый парень стоял перед ним, довольно улыбаясь во все тридцать два зуба.
— Не ожидали меня встретить, мистер Фарб? — Довольный произведённым впечатлением Борис попытался завязать беседу. — Какими судьбами вас занесло в Софию?
— О! Йес, я есть очьен удивлённый и очьен рад тебья видьеть, Боб! — Натан обрёл дар речи. От неожиданности его американский акцент стал ещё смешнее. — Я здесь зимовайт… зиму, снимайт интерестин плэйс в Болгарска Македониа, тепьер собират домой. Соскучился по Америке, очьен. А ты, Боб как попасть в София из Сибирь?
— Это секрет, — улыбнулся Боб в ответ. — Может, пойдём к нам? Мы с женой здесь живём недалеко. Вон за тем парком «Кашарите» маленький район «Холодильник», там наша квартира. Жена будет очень рада с вами познакомиться, она хочет стать журналистом и наверняка попросит вас что-нибудь рассказать, а потом напишет статью. Правда, её пока дома нет. Это у меня график непредсказуемый, а ей ещё два часа в канцелярии сидеть… Ну, так как?
— Ноу, нет, сорри, — покачал головой Натан с искренним сожалением. — Сейчас я должен встретиться с шеф, через 10 минетс. Потом я с огромным удовольствием сидеть с тобой и поговорить, но только потом. Business befor pleasure [197], как говорят у нас в Штатах. А ведь твой прогноз очень помочь моя сестра Сара.
— Хорошо, а когда ты освободишься?
— Ос-во-бо-диш-са? Что это значить, Боб?
— Уэлл, вилл би ю фри?
— Ай донт ноу, мэй би файф, я не думать, что это занять много время. Я доложить готовность и определить дата вылета в Америка.
— Гуд! Я буду ждать тебя прямо здесь, как раз успею купить что-нибудь к столу, а то не помню, есть у нас какая-нибудь еда, или нет.
…
Ровно в четыре Натан Фарб переступил порог кабинета старшего советника секции культурного сотрудничества Генри Макдугала. Высокий и немного обрюзгший от сидячей работы Макдугал от удивления даже привстал с рабочего кресла.
— Мистер Макдугал! — возбуждённо начал фотограф-шпион, — эта история приобретает всё более волшебные свойства!
— Дорогой мой Фарб! Не стоит так переживать, садитесь к столу, глотните воды и расскажите по порядку, что там у вас. Как я помню, вы просили освободить вас от вашей странной, на мой взгляд, миссии. Центр дал согласие. Все необходимые документы и билет на самолёт в канцелярии. Можете забрать и гуд бай в Америку. Что-то не так?