Особая следственная бригада обнаружила на покорёженной торпеде мусоровоза накарябанные арабской вязью слова الله أكبر [212], что все поняли, как ответку за бомбёжку Пакистана. Взрыв обеспечило самодельное взрывное устройство — несколько килограммов смеси алюминиевого порошка, селитры и гексогена, которой был забит бампер. Личность водителя установили быстро по документам ЖЭКа, вот только по адресу в паспорте никто никакого Курбанова Сулеймана Ибрагимовича слыхом не слыхивал. Дактилоскопия тоже ни к чему не привела. Поквартирный обход кончился безрезультатно, все слышали только грохот взрыва. В картотеке МУРа таких отпечатков не было. Парик, ватник и сапоги были найдены на берегу Москвы-реки, в сотне метров от подъезда. Сам исполнитель исчез без следа.
…
На закрытом заседании руководства КГБ новый Председатель «конторы глубокого бурения» Виталий Васильевич Федорчук, выступая с траурной речью, помимо обычных клятв в стиле «не забудем, не простим» заявил:
— … Надо отметить, что вся страна вообще и наш комитет в частности, оказались не готовы дать ответ на вызов, брошенный нам террористическими режимами исламских мракобесов. Товарищи чекисты, вы представьте, если у нас можно безнаказанно ликвидировать шефа госбезопасности, то какой ад можно устроить для простых граждан? Ведь к каждому детскому садику или школе, театру или вокзалу охрану не приставишь. Да и что этот пост сможет сделать, если в голову организаторам придёт взять в заложники детей? Брать заложниками наших граждан мусульманского вероисповедания? Тоже не выход. Завтра же заполыхает Кавказ и Средняя Азия, забьются в истерике вражеские голоса о попрании прав человека, начнутся провокации по всему миру. Сейчас не время и не место решать что-то, но есть повод подумать о способах борьбы с терроризмом.
Делом профессиональной чести для нас должен стать поиск вероломного убийцы. Карающий меч правосудия найдёт презренного наймита и накажет его, где бы тот не находился. В ущелье Гиндукуша, или в мечети Эр-Рияда, в трущобах Дакки, или в бункере Иранского КСИР. Я понимаю, что это очень трудно, но иначе — грош нам цена, придётся всех разогнать и нанять новых сотрудников.
…
В тот же день проходило внеочередное заседание Политбюро ЦК КПСС. На всех его членов отрезвляюще подействовало циничное и безнаказанное убийство одного из них. Всем было понятно, что ни усиление охраны, ни режим военного положения не снимут проблему, потому что проблема в наличии смелых и безжалостных врагов. Особенно близко к сердцу принял это известие Леонид Ильич. Он то и дело повторял как бы про себя:
— Ну, как же так! Я же вышел всего на пятнадцать минут раньше Юры. Мог бы чуть задержаться и вместе бы на воздух взлетели бы… Ох, беда, беда… А может быть, это вообще на меня покушение было? Просто перепутал убийца?
— Успокойтесь, Леонид Ильич, — громко шепчет Брежневу Владимир Щербицкий, — если даже планировали вас, то вам опять повезло.
В итоге вечером было принято решение о сворачивании активной поддержки революции в Афганистане. Решено было по образцу Кореи и Вьетнама разделить страну на красный Север — Маверранахр, и зелёный Юг — Пуштунистан. Решили, что пока КГБ не решит проблему терроризма внутри страны, новые внешнеполитические акции не затевать. Как сказал маршал Устинов:
— Хороша страна Болгария, а с Румынией мы тоже разберемся, но не сейчас. Порядок наведём в Союзе, а потом и социалистический лагерь будем в чувство приводить, чтобы ни один Живков не спрятался.
— Постойте, товарищи! — подал свой скрипучий старческий голос Константин Суслов. — А как же великое дело Маркса-Энгельса-Ленина? Вы что? Забыли о том, что пролетариат Советского Союза должен нести свет великого учения народам всего мира?
— Михаил, не суетись, сядь, водички выпей. — В этот раз Брежнев был настроен решительно. — Ты послушай, будь добр, что остальные товарищи скажут. Речь идёт о выживании, а не об идеологии. Идеологию, какую надо, такую и придумаем. Даром что ли у нас целый институт Марксизма-Ленинизма работает?
К началу октября были проведены переговоры между Кабульским правительством и исламской партией Афганистана во главе с Гульбеддином Хекматиаром и Ахмад Шахом. Исламисты согласились на переговоры, перестав получать поддержку от Пакистана. Им тоже требовалась передышка, чтобы собраться с силами и найти новые пути для борьбы. В стране установилось хрупкое перемирие.
ГЛАВА 26. ОХОТА ЗА СНОВИДЕНИЯМИ
В начале мая в Софию по приглашению профессора Лозанова прибыл Стивен Лаберж, знаменитый исследователь феномена сновиденья. В его лаборатории в Стэнфордском Университете в Сан-Франциско, вот уже второй год пристально изучалась техника осознанного сновидения [213]. Вместе с ним приехал и его постоянный ассистент и помощник Линн Нейджл. Георгию Лозанову пришлось приложить много усилий для того, чтобы болгарское министерство культуры выделило достаточно денег для американской звезды психосомнологии. В 1979 году Лаберж ещё не успел стать мировой знаменитостью, и 10 000 американских долларов в качестве гонорара за организацию работы по контролю над сновидениями были для него и его напарника достаточным аргументом, чтобы рвануть в далёкую славянскую страну.
Обратились к иностранному учёному потому, что за полгода работы так и не было получено никаких конкретных результатов. Вернее разрозненные факты ясновидения наблюдались, но их механизм так и пребывал за покровом тайны. Исследовали объект со всех сторон, от рефлексов стопы до попыток как-то воздействовать на мифическую сахасрару на макушке. Было снято несколько десятков энцефалограмм и кардиограмм, постоянно исследовался состав крови. Фиксировалась влажность и электропроводность кожи. Всё было напрасно.
А вещие сны, тем не менее, имели место. Так 17 мая за неделю до трагедии Борису явился сон про авиакатастрофу в аэропорту Чикаго, приведшую к гибели 273 человек. В тот же день он рассказал о похожем событии, на этот раз в Украинском городе Днепродзержинске. 11 августа диспетчер Харьковского центра управления воздушным движением Жуковский перепутает вводимые данные, в результате чего произойдёт столкновение двух Ту-134 с гибелью экипажей и пассажиров обоих лайнеров. Помимо 150 обычных пассажиров в одном из самолётов будет лететь Ташкентская футбольная команда «Пахтакор».
И Брежневу, и Картеру были направлены через дипломатов письменные предупреждения, но ни тот, ни другой не удосужились как-то отреагировать. Кремль после болгарского демарша по поводу бомбёжки Пакистана, игнорировал все попытки Живкова что-либо объяснить.
Зато после катастрофы Живков получил запрос от Генсека ЦК КПСС с предложением встретиться. Было ясно, что тема переговоров продиктована фантастической информированностью болгарского руководства.
На что Живков ответил одинаково: — «В Болгарии много таинственного и непознанного, ясновидящие тоже имеются, например, баба Ванга». То есть он с одной стороны намекал, что информация получена от Ванги, а с другой, не утверждал это. От встреч, отказываться тоже не стал.
Подопытный «Пророк» прилежно выполнял все поручаемые ему действия, даже ежедневно заполнял дневник сновидений, отмечая каждый раз события предшествующие запомнившемуся сну. Он послушно пять дней в неделю приходил в лабораторию и отдавался в руки исследователей, которые цепляли датчики к разным участкам тела и снимали показатели. Потом заставляли описывать ощущения при тех или иных воздействиях.
Стивен Лаберж оказался замечательным парнем. Компанейским и начисто лишённым снобизма, так свойственного многим ученым Болгарии и России. Первым делом Стив устроил грандиозную вечеринку, на которой угощал всех калифорнийским вином и даже, тайком от руководства, самодельным ганджем. Он вспоминал массу забавных историй из своей жизни на Трассе [214] и в Индии, придумал массу розыгрышей, которые для поддатой компании показались самым весёлым праздником в их жизни.
213
осознанное сновидение — состояние сознания, при котором человек осознаёт, что видит сон, но может в какой-то мере управлять им.