– Разумеется, милорд, – сказал он и удалился.
Лорд Летбридж все еще сидел за столом с бокалом вина в руках, обдумывая события минувшего дня, когда услышал, как открылась дверь. Он поднял голову и замер. Несколько мгновений они молча смотрели друг на друга – Летбридж, неподвижно застывший на стуле, и граф, остановившийся в дверях. Летбридж моментально догадался обо всем по выражению его лица и поднялся на ноги.
– Значит, Кросби все-таки побывал у вас с визитом, – заключил он, сунул руку в карман и извлек оттуда брошь. – Вы пришли за этим, милорд?
Граф закрыл дверь и повернул ключ в замке.
– Я пришел за этим, – подтвердил он. – За этим и еще за кое-чем, Летбридж.
– Моей жизнью, например? – барон коротко рассмеялся. – Вам придется хорошенько постараться, чтобы заполучить и то и другое.
Граф шагнул вперед:
– Это доставит удовольствие нам обоим. Вы умеете мстить, Летбридж, но вы проиграли.
– Проиграл? – переспросил барон и многозначительно посмотрел на брошь у себя в руке.
– Если вы стремились извалять мое имя в грязи, то конечно! – сказал Рул. – Моя жена по-прежнему остается моей женой. И сейчас вы расскажете мне, каким способом вынудили ее войти в ваш дом.
Летбридж выразительно приподнял брови:
– Что заставляет вас думать, будто мне пришлось применить силу, милорд?
– Осознание того, что я хорошо ее знаю, – ответил граф. – Так что вам предстоит многое мне объяснить, увы.
– Я не хвастаюсь своими победами, Рул, – негромко сказал Летбридж и увидел, как рука графа непроизвольно сжалась в кулак. – Я ничего не буду объяснять.
– Увидим, – сказал граф.
Он отодвинул стол к стене и задул на нем свечи, так что комнату теперь освещал только висячий канделябр под потолком. Летбридж оттолкнул стулья, подхватил с одного из них свою шпагу и вытащил ее из ножен.
– Бог мой, как долго я ждал этого момента, – вдруг сказал он. – Я рад, что Кросби побывал у вас.
Вновь положив шпагу на стул, он принялся стаскивать с себя сюртук. Граф ничего не ответил, а занялся собственными приготовлениями: снял высокие сапоги с отворотами, расстегнул перевязь со шпагой и закатал рукава сорочки с кружевными манжетами.
Они встали друг напротив друга; мягкий свет свечей освещал двух крупных мужчин, у каждого из которых долго сдерживаемая ярость, тлевшая в душе неугасимым пламенем, наконец-то прорвалась наружу. Похоже, ни одного из них не смущала сюрреалистическая сцена предстоящей драки на верхнем этаже гостиницы, куда снизу, из буфетной, доносился едва слышный гул голосов. Они тщательно подготовили место схватки, задули затрещавшую свечу и избавились от сюртуков и сапог. Но в этих безмолвных приготовлениях ощущалась смертельная угроза, чересчур реальная для того, чтобы искать выход в шумной перебранке.
Шпаги сверкнули в коротком приветствии и с лязгом скрестились, высекая искры. Оба были опытными фехтовальщиками, но сейчас было не время изощряться в искусстве владения шпагой. Начался бой, схватка не на жизнь, а на смерть, стремительная и беспощадная. Для каждого из противников окружающий мир перестал существовать. Они видели только шпагу врага, обманные движения, выпады, уходы. Они не сводили глаз друг с друга; ноги в носках издавали мягкий топот, ступая по доскам пола; короткое дыхание с хрипом вырывалось из груди.
Летбридж сделал выпад с правой, опорной ноги, стремительно атаковав из третьей позиции, высоко подняв руку, на которой канатами вздулись мышцы. Рул принял его шпагу на нижнюю часть своего клинка, но острие шпаги противника скользнуло по его предплечью, оставив длинную царапину, после чего клинки разомкнулись.
Ни один из противников не остановился; это был не поединок до первой крови. А та медленно капала из раны графа на пол. Летбридж отпрыгнул назад и встал, опустив острие шпаги к полу.
– Перевяжите ее! – сказал он. – Я не хочу поскользнуться на вашей крови.
Рул вытащил носовой платок из кармана бриджей, обернул его вокруг раны и затянул узел зубами.
– К бою!
Поединок продолжался, враги без устали кружили друг напротив друга. Летбридж предпринял попытку атаковать фланконадой[80], из-под левой руки. Кончик его шпаги скользнул по боку Рула, но граф ответил стремительным выпадом. Клинки с лязгом столкнулись, и Летбридж выпрямился, парировав чужую атаку и тяжело дыша.
Он все время нападал, пустив в ход все известные ему грязные трюки, чтобы заставить графа раскрыться. Раз за разом он пытался пробить его оборону, и раз за разом его стремительный клинок натыкался на шпагу противника и отлетал в сторону. Он начал уставать; пот градом катился по его лицу, но Летбридж не осмеливался смахнуть его левой рукой, чтобы не потерять драгоценные доли секунды, в которые Рул успеет нанести смертельный удар. Барон предпринял отчаянную попытку атаковать из четвертой позиции; граф парировал его выпад полукругом с отводящим движением и, прежде чем Летбридж успел выпрямиться, прыгнул вперед и схватил его шпагу пониже эфеса. Кончик его собственного клинка смотрел в пол.