В приказе министра Вооруженных Сил Союза ССР Маршала Советского Союза А. Василевского № 130 от 16 декабря 1949 г. записано следующее:
«Верховный Главнокомандующий Советских Вооруженных Сил товарищ И. В. Сталин в августе 1943 г. находился на командном пункте Западного фронта и отсюда осуществлял руководство подготовкой разгрома немецко-фашистских войск на Смоленском направлении и освобождением гор. Смоленска. В ознаменование этого исторического события ПРИКАЗЫВАЮ:
1. Учредить Дом-музей командного пункта Западного фронта (филиал Центрального музея Советской Армии).
2. Дом-музей открыть 21 декабря 1949 г. в день семидесятилетия со дня рождения Генералиссимуса Советского Союза товарища Сталина Иосифа Виссарионовича». (В 1956 г. хрущевские подхалимы сделали из этого музея охотничий домик[57].)
Уважаемый читатель может задать вопрос: разве мудрецы-историки не знали довольно простые факты истории? Знали, безусловно, знали, но мысли у них работали в другом направлении. Если оставить в стороне эмоции и возмущения по поводу глобуса и телефонов, то центральным местом в их фальшивых суждениях остаются вопросы руководства войной со стороны Верховного Главнокомандующего. Сюда пытаются нанести удар фальшивомонетчики.
Они, используя доверчивость людей, выступают такими умниками, что им кажется: назвав Сталина «кабинетным полководцем», они смогут убедить читателей в беспомощности советского лидера как Верховного Главнокомандующего. Однако правда войны другая.
Она состоит в том, что сталинское руководство Великой Отечественной войной было самым квалифицированным в истории всех крупных современных войн.
Оно осуществлялось Ставкой ВГК, рабочими органами которого были советский Генеральный штаб и институт представителей Ставки[58]. Сталин особенно высоко ценил работу Генерального штаба, считался с его мнением, постоянно проявлял заботу о его авторитете и полностью доверял ему.
Генеральный штаб работал круглосуточно и подчинялся только Верховному Главнокомандующему. Обстановка на фронтах докладывалась Верховному три раза в сутки (в 10–11 часов дня, в 16–17 часов вечера и поздно ночью), как правило, заместителем начальника Генштаба по карте масштаба 1:200 000. Карты готовились по каждому фронту с показом положения наших войск до дивизии, а иногда до полка. Перед докладом обстановки, предложений и заявок фронтов все многократно проверялось и перепроверялось до деталей. Решения Верховного немедленно получали ход. В целом механизм управления фронтами работал уверенно, планомерно, без авралов. Доклады и предложения были глубоко продуманными, обоснованными, рассчитанными во времени и пространстве. Можно с уверенностью утверждать, что только здесь, в Генеральном штабе, чувствовалось биение пульса действующей армии, которое незримо передавалось всей советской стране.
Во главе Советского государства, его Вооруженных Сил и Ставки ВГК стоял Сталин — опытный революционер-большевик, вышедший из народа, прошедший огни и воды классовой борьбы, глубоко понимающий сущностные особенности народной и революционной войны. Именно благодаря этим драгоценным качествам Сталина его руководство войной было на высоте, а международная военная история записала в свои скрижали признание о том, что «из всех держав, участвовавших во Второй мировой войне, наименьшее количество ошибок совершил Советский Союз». Пройдут годы и, может быть, тогда будущие поколения сумеют глубже познать объективный анализ Великой Отечественной войны. Может быть, они по достоинству оценят довоенные сталинские пятилетки, которые останутся в истории Советского Союза как великие годы по решению грандиозных задач: в стране было построено свыше 9000 крупных промышленных предприятий, создана мощная продовольственная база, свершился великий духовный подъем советского народа. СССР по основным показателям вышел на 1-е место в Европе и на 2-е место в мире.
Может быть, будущие поколения не забудут учесть при анализе и такой исторический факт, что в Великой Отечественной войне против нас воевали полчища цивилизованных гуннов почти всей Европы. Достаточно напомнить национальный состав военнопленных, захваченных нами вместе с гитлеровскими войсками, чтобы понять, кто воевал против нас. В советском плену после войны оказалось 3 777 290 человек. В их числе: немцы — 2 389 560, австрийцы — 156 682, венгры — 13 767, румыны — 201 800, итальянцы — 48 957, финны — 2 377, французы — 23 136, чехи и словаки — 67 977, хорваты — 21 822, молдаване — 4 129, голландцы — 4 729, бельгийцы — 2 010, люксембуржцы — 1 652, датчане — 452, испанцы — 477, цыгане — 383, норвежцы — 101, шведы — 72, евреи — 173[59].
57
Упомянутые поездки Сталина на фронт (кроме приказа Василевского № 130) описываются бывшим работником Первого Главного управления НКВД, охранявшим Советское правительство, А. Рыбиным. Все поездки Верховного на фронт находились в строжайшем секрете. Сталина сопровождали В. Румянцев, И. Хрусталев, А. Раков, Н. Кирилин, В. Тутов, С. Кузьмичев. В. Катушев и другие из 9-го управления. (Дуэль. 2002. № 36.)
58
Подробно и хорошо о деятельности Генштаба и института представителей Ставки написал генерал армии С. М. Штеменко в своей книге «Генеральный штаб в годы войны» (М.: Воениздат, 1968).
59
Гриф секретности снят. М.: Воениздат, 1993. С. 391; Патриот, 2002. № 37. В составе гитлеровских армий воевало 150 тысяч еврейских солдат и офицеров (HBO. 2002. № 33).