Выбрать главу
Чем ночь отличается — оплошность, Аллах, прости! — от ночи, обманутой рукою превратностей?
Зажгла против Ибн Зубейра козни свои судьба, Хоть в храме у камня он защиты искал себе.
О, если бы, Амра жизнь избавив за Хариджу, Алия избавила судьба за чью хочет жизнь!»[39]

Затем он оросил щеку ливнем слез и произнес такие стихи:

«Поистине ночь и день природой так созданы, Обманы присущи им, и козни, и хитрости.
Обманное марево — для них только блеск зубов, И мрак устрашающий для них лишь сурьма для глаз.
Проступок пред ночью мой (противен мне нрав ее!) — Проступок меча, когда храбрец отступает вдруг»

А потом, тяжело вздыхая, он произнес такие стихи:

«О стремящийся к жизни низменной, поистине Она смерти сеть и вместилище смущений.
Вот дом — когда смешит тебя сегодня он, Ты плачешь завтра, — гибель тому дому!
Набегам рока нет конца; плененных им Не выкупить отвагой благородной.
Сколь многие, обманчивость презрев судьбы, Враждебны стали ей, превысив силы,
Но, щит к ним тылом повернув, она В отместку нож их кровью напоила.
И знай, судьбы удары нас разят, Хоть долог срок и лёт судьбы не спешен.
Смотри ж, чтоб жизнь твоя напрасно не прошла Неосторожно, по пренебреженью.
Порви ж любви и желаний узы — найдешь тогда Ты верный путь и блаженство тайн высоких».

Окончив эти стихи, аль-Асад обнял брата своего аль-Амджада еще крепче, а казначей обнажил меч и хотел было нанести удар, как вдруг конь его умчался в пустыню (а он стоил тысячу динаров, и на нем было великолепное и очень дорогое седло). Старик тут же выронил из рук меч и побежал за своим конем. Долго гонялся за ним казначей — до тех пор, пока конь не вошел в заросли, а старик — вслед за ним. Вдруг животное ударило ногою об землю и стало храпеть, сопеть, ржать и распаляться.

В тех зарослях жил лев. Глаза его метали искры, а вид устрашал души. Казначей обернулся и увидел, что этот лев направляется к нему. И не знал старик, как избежать неминуемой гибели, ведь у него не было с собой меча. Тогда казначей воскликнул: «Да будет воля Аллаха Великого! Эта беда случилась со мной лишь из-за аль-Амджада и аль-Асада!»

А в это время братьев нещадно палил зной, и они чувствовали сильную жажду. И стали они звать на помощь, но никто не ответил им. Тогда они воскликнули: «О, если бы нас убили, мы избавились бы от этих страданий! Но мы не знаем, куда умчался конь, а с ним казначей, оставивший нас связанными. Лучше бы он поскорее пришел и убил нас, чем выносить такую муку!»

«О брат мой, — сказал аль-Асад, — потерпи, скоро придет к нам облегченье от Аллаха Великого и Славного, ведь конь умчался не случайно, а нас с тобой мучит только жажда».

И он встряхнулся и стал двигаться направо и налево. Узы развязались, и тогда он поднялся и освободил своего брата, а затем взял меч эмира и сказал: «Клянусь Аллахом, мы не уйдем отсюда, пока не выясним, что с ним случилось!»

И они пошли по следам казначея. Следы привели их к зарослям. «Постой здесь, — сказал аль-Асад своему брату, — а я пойду в эти кусты и поищу эмира». Но аль-Амджад воскликнул: «Я не дам тебе войти туда одному, а отправлюсь с тобой! Если мы спасемся, то спасемся вместе, а если погибнем, то погибнем вместе».

Братья вошли в заросли и увидели, как лев бросился на казначея. Тогда аль-Амджад схватил меч, ринулся на льва, ударил его мечом между глаз, и тот упал и растянулся на земле.

Эмир поднялся, дивясь такому повороту событий, и увидел аль-Амджада и аль-Асада, сыновей своего господина, которые стояли перед ним. Тогда старик кинулся им в ноги и воскликнул: «Клянусь Аллахом, о господа мои, теперь я не смогу убить вас! И никому другому не позволю! Я стану для вас защитой до конца дней моих». Затем он поднялся, обнял юношей и спросил, как они смогли освободиться и найти его. Братья рассказали ему все как было.

вернуться

39

Это стихотворение изобилует намеками на события первых времен ислама.

Ибн Зубейр (Абд-Аллах ибн аз-Зубеир) — внук халифа Лбу-Бекра, оспаривал власть у первых халифов династии Омей-ядов. После смерти в 680 году халифа Муавии I Ибн Зубейр объявил себя халифом, но вынужден был бежать в Мекку от сына Муавии, Язида, отсюда и получил прозвище «ищущий защиты у камня» («священного камня», находящегося в Мекке).

Хараджа — египетский судья, убит по ошибке в 661 году фанатиком, принявшим его за завоевателя Египта Амра ибн аль-Аса.

Халиф Алий (Али) и его будущий преемник Муавия также подверглись нападению. Али был тяжело ранен и умер, Муавия остался жив.