Вдруг в покои вошел Абд-аль-Мелик ибн Мерван. Он увидел, что девушка сидит и ест кушанья, и обрадовался. Надсмотрщица сказала ему: «О повелитель правоверных, поздравляем тебя с выздоровлением твоей невольницы Нум. В этот город прибыл один врач (я не видала никого осведомленнее в болезнях и лекарствах), и я принесла деве от него лекарство. Нум приняла его один раз и сразу излечилась от недуга». — «Возьми тысячу динаров и позаботься о том, чтобы вылечить ее окончательно», — сказал обрадованный повелитель правоверных и вышел.
Старуха же пошла в лавку персиянина и отдала ему тысячу динаров, осведомив его о том, что та девушка — невольница халифа. Женщина передала ему записку, которую написала Нум, а персиянин отдал ее Ниме. Тот, узнав почерк любимой, упал без чувств. А придя в себя, он развернул бумажку и прочел: «От девушки, чье счастье похищено, чей разум обманут, от расставшейся со своим возлюбленным. Ваше письмо пришло ко мне, и расправилась грудь моя, и возрадовался разум, и было так, как сказал поэт:
Когда Нима прочитал эти стихи, его глаза наполнились слезами, и надсмотрщица спросила его: «Отчего ты проливаешь слезы, о дитя мое? Да не позволит Аллах плакать твоим дивным глазам!» — «О госпожа, — сказал ей персиянин, — как моему сыну не плакать, когда эта девушка — его невольница, а он — ее господин, Нима ибн ар-Раби из Куфы? Выздоровление этой девы произошло потому, что у нее появилась надежда увидеть своего господина. И нет у нее другой болезни, кроме любви к нему. Возьми же себе, о госпожа, эту тысячу динаров (а у меня припасено для тебя еще больше) и посмотри на нас глазами милосердия. Мы не знаем, как исправить несправедливость — разве что с твоей помощью». Тогда старуха спросила Ниму: «Ты ее господин?» И юноша ответил: «Да». И старуха поверила ему. «Ты говоришь правду, — сказала она, — Нум непрестанно поминает тебя».
Нима рассказал женщине о том, что с ним случилось, и она воскликнула: «О юноша, ты снова встретишься с нею, и я помогу тебе!» Затем она села верхом и помчалась к деве с радостной вестью. Войдя к Нум, старуха засмеялась и сказала: «О дочь моя, ты имеешь право плакать и хворать из-за разлуки с твоим господином Нимой ибн ар-Раби-куфийцем». — «О Аллах Всемогущий, ты все узнала», — воскликнула Нум, а старуха ответила: «Успокой свою душу и расправь грудь! Клянусь Аллахом, я соединю вас, даже если из-за этого пропадет моя душа!»
Затем женщина вернулась к Ниме и сказала ему: «Я воротилась к твоей невольнице и встретилась с нею. Она тоскует по тебе больше, чем ты по ней. Повелитель правоверных хочет сойтись с нею, а она сопротивляется. Если у тебя тверд дух и ты силен сердцем, то я сведу вас, даже если подвергну себя опасности. Я придумаю какую-нибудь хитрость, чтобы ты смог войти во дворец повелителя правоверных и встретиться с девой — ведь она не может выходить». — «Да воздаст тебе Аллах за твое добро!» — воскликнул Нима.
Старуха простилась с ним и, придя к девушке, сказала: «Душа твоего господина пропала из-за любви к тебе, и он хочет с тобою встретиться. Что ты скажешь об этом?» — «Я желаю этого больше всего на свете», — ответила Нум. Тогда старуха взяла женское платье и украшения, пришла к Ниме и сказала: «Пойдем в уединенное место».
Когда Нима вышел с нею в дальнюю комнату, она расписала его, разукрасила кисти рук и вплела ему в волосы вышитые ленты. Затем она одела юношу в женскую одежду и обвешала его драгоценностями. И стал Нима подобен одной из райских гурий, и, увидев его в таком обличье, надсмотрщица воскликнула: «Благословен Аллах, лучший из творцов! Клянусь Всевышним, ты даже прекраснее той девушки!» Потом она сказала: «Пробуй ходить, выставляя левую ногу и отставляя правую, и тряси бедрами». И Нима стал вышагивать перед нею, как она ему велела. Увидев, что юноша неплохо знает женскую походку, старуха сказала: «Я приду к тебе завтра вечером, если будет на то воля Аллаха Великого, и отведу тебя во дворец. Заметив привратника и евнухов, укрепи свою решимость, опусти голову и не говори ни с кем. Я сама переговорю с ними и найду у Аллаха поддержку».
54