Следующий день был ясным и ветреным. Манью лежал на пляже, видны были по-прежнему только руки и голова.
— Доброе утро, мистер Манью, — сказал я. — Простите за откровенность, но вы производите слегка жутковатое впечатление.
— В чем дело, мистер Ньюбери?
— Похоже на то, что кто-то положил вашу отрубленную голову на эту кучу песка.
Манью усмехнулся.
— Приезжайте ко мне сегодня днем, и вы увидите, что моя голова крепко связана с моим телом.
Я так и поступил. Первые три кольца застряли на квадратных отрезках столбов. Из следующих трех колец одно опустилось вниз до конца. С третьей попытки я сделал два попадания. В четвертый раз все три кольца коснулись оснований столбов.
Манью широко открыл глаза.
— Боже мой, мистер Ньюбери, вы очень быстро добились успеха! Какого птерозавра вы пожелаете?
— Вот этого, пожалуйста, — ответил я, указывая на длинноклювого птеранодона.
Манью снял приз, сложил крылья и показал мне, как их снова раздвинуть.
— Приходите завтра, — сказал он. — Вам никогда не удастся повторить этот подвиг, ха-ха!
— Посмотрим, — заметил я. Я отнес свой приз домой, к превеликому неудовольствию Дениз. Ей не понравилось, как на нас таращили глаза на набережной, когда я шел домой, держа динозавра под мышкой.
На следующий день я вернулся в парк аттракционов, не обращая внимания на протесты Дениз:
— Вилли, ты здоровый pataud[28], куда… ты поставишь еще одно такое чудовище?
— Место я найду, — сказал я. — Этот ганиф бросил мне вызов, и я ему покажу.
Я так и сделал, забрав на сей раз зубастого диметродона.
На следующий день Манью не оказалось на его обычном месте на пляже. После обеда я задремал, а когда проснулся — увидел в комнате аль-Лаяши.
— Мистер Ньюбери, — заговорил он, — вы собираетесь еще раз выиграть приз у мистера Манью?
— Я об этом думал. А в чем дело?
— Могут возникнуть трудности, сэр. Мистер Манью разозлился на вас — вы выиграли у него двух летающих ящериц. Он так дела не оставит.
— Вот жлоб! Он же сам мне говорил, что трех птеродактилей у него выиграли несколько дней назад.
— Он солгал. Сомневаюсь, что за весь сезон он расстался хотя бы с одним призом.
Ну и что?
— Он оплатил услуги одного из моих товарищей. Теперь его защищает джинн.
— Это означает, что вы не сможете справиться с кольцами?
— О, я думаю, что смогу все сделать, как и раньше — может, не с такой легкостью. Но этот мой коллега может доставить вам неприятности.
— Какие неприятности?
— Я не знаю. Но ибн-Муса, конечно, может повредить вам.
— Почему же вы не защитите меня — тем более что другой джинн защищает Манью?
— Я не могу быть в нескольких местах одновременно — как и вы. Если он использует объекты материального плана, над которыми я не имею власти, то я не смогу его остановить.
— Где Манью раздобыл своего духа? Получил другое кольцо?
— Нет, сэр. Он взял джинна в аренду у астролога с набережной, у Свами Кришны. На самом деле астролога зовут Карлос Хименес, но это неважно. Он использует этого джинна, чтобы некоторые мелкие астрологические предсказания сбывались. Вы по-прежнему хотите испытать свою так называемую удачу?
— Да, — ответил я.
Когда я купил у Манью кольца и начал их бросать, то снаряды, конечно, летели уже не так, как прежде. Они раскачивались в воздухе и нерешительно падали на столбы. Я потратил несколько долларов, прежде чем добился успеха. Когда одно кольцо начало опускаться вниз, оно достигло нижней части столба, потом снова начало подниматься, пару раз подпрыгнуло — и только потом остановилось.
Манью следил за происходящим, кусая нижнюю губу. Я мог представить, как два незримых существа сражаются за кольцо: один пытается подтолкнуть снаряд, а другой — сбросить его со столба.
Я ушел с прекрасным Rhamphorynchus, у которого такой маленький выступ на конце хвоста. Вощеные кончики усов Манью дрожали, как у кота.
Мне захотелось прогуляться под парусом. На следующий день после того, как я выиграл свой третий приз, я отыскал лодку, о которой мечтал. Это был шестнадцатифутовый шлюп «Психея», его сдавал в аренду «Парусный Клуб Рэмот-бэй». Оушен-бэй располагался на длинной полоске земли, по одну сторону был Атлантический океан, по другую — мелкие воды Рэмот-бэй.