Все же нервное напряжение от непрерывных боев и походов сказывалось, выливаясь в периодически накатывающую апатию. А потому от предложения не отказался, не столько из желания кого-то подстрелить, сколько из любопытства. Дома он многое читал о местной экзотике, всяких слонах да тиграх и хотел их посмотреть. И что?
Нет, морских диковинок за время плавания навидался, конечно. От диковинных раковин и летающих рыб до гигантского спрута. Щупальца длиннее корабля… Правда, дохлого[11]. Но это на море. А с сушей что? Слонов не видел, дома и рассказать-то будет нечего. Тигров видел, правда… А где шкура? Лет через тридцать внуки спросят – а ему и показать-то ничего не получится. Ну а если вдобавок удастся подстрелить какого-нибудь местного оленя, или как он тут называется, вообще здорово. Будет разнообразие к столу. Кому, спрашивается, от этого плохо? Ну, кроме самого бифштекса?
Слонов он не увидел и в этот раз, равно как и тигров. Ну, этих он хотя бы слышал – чувствуя себя хозяином джунглей, рычали тигры не скрываясь. Правда, далеко и редко. Зато с еще одним хищником, которого местные боялись куда больше полосатого гиганта, познакомился. Откровенно говоря, случайно – просто споткнулся, всего на миг утратил концентрацию, – и вдруг получил сильнейший удар в спину.
Леопард, хоть и не самый крупный хищник, действительно опасен. В природе его обычная добыча обезьяны, а потому человека он рассматривает примерно так же. И убить может с легкостью невероятной, особенно местных, народ мелковатый[12]. Спасли Верховцева лишь большой рост и сила – он удержался на ногах, рванулся, и огромная, весящая не меньше шести пудов кошка скатилась на землю, в клочья разорвав одежду на спине.
На этом, в принципе, все и закончилось. Проводник-индус лишь с воплем бросился прочь, зато Гребешков не оплошал. Вместо того, чтобы сдергивать с плеча ружье, он выхватил револьвер и, даже не поднимая руки, прямо от пояса выпустил в зверя весь барабан. Две пули попали в голову, так что леопард сдох на месте, но на том охота и закончилась.
Вот так появились в каюте Гребешкова шкура леопарда на стене, а у Верховцева шрамы на спине. Хорошо еще, доктор сразу по их возвращении быстро и грамотно обработал раны, и удалось избежать заражения крови. Правда, заживала спина долго, но, в общем-то, Александр легко отделался.
Через два дня русская эскадра с активно почесывающими укусы насекомых командами, покинув гостеприимную бухту, направилась на запад. В этих водах наверняка еще можно было встретить немало кораблей. А перехватив их, нанести урон британцам, не подвергая себя излишнему риску. Кто-то скажет, что это не героически и совсем нечестно. Что же, такого гусара можно и послать. За время плавания все, от командующего эскадрой до последнего юнги, хорошо усвоили, что такое прагматизм, и не собирались без нужды рисковать шкурами. В конце концов, их задача не выиграть войну, а помочь сделать это регулярным армии и флоту. У тех совсем другие силы – вот пускай и становятся с врагом борт в борт. А Верховцев и его люди сделают, чтобы им было чуть-чуть меньше работы, только и всего.
Следующие две недели оказались на диво спокойными. Ровный ветер, не всегда попутный, но и ни разу не встречный. Шторм был лишь один, и тот зацепил эскадру самым краешком. Так, покачало слегка, и только. И перехватить удалось аж четыре британских корабля. И еще один упустили – клипер лишь развернул паруса и ушел от русских, как от стоячих. А четверых да, перехватили, не столь быстрых, зато набитых всем подряд.
Капитаны их, к слову, в героев предпочитали не играть. Стоило им убедиться, что их принадлежность к нации просвещенных мореплавателей не производит на русских никакого впечатления – и все, приплыли. В смысле легли в дрейф и приняли на борт абордажную группу. Нет, потом, разумеется, будут надутые щеки, брызганье слюной и обещание всех кар небесных – гонор-то показать надо! Получалось это у британских капитанов настолько похоже, что Александр даже заподозрил, что они родственники. Однако нет, что называется, близко не лежали. Просто мировосприятие у всех одинаковое. Не зря отец говорил, что Британия – это одна большая деревня.
Зато стало известно, каков оказался результат налета на Калькутту. После того, как английские капитаны выговаривались и переставали демонстрировать оскорбленную невинность, они становились вполне нормальными людьми. Говорили, соответственно, тоже нормальным языком. И, в обмен на обещание никого не выбрасывать за борт, рассказывали много интересного.
12
Для некоторых леопардов охота на людей становится привычным занятием. Документально подтвержденный рекорд жертвы одной особи превышает 120 человек.