22. Однако во все времена обретались отдельные избранные драгоценные души, кои, не находя себе покоя для духа и совести в теплохладной, повреждённой жизни большинства христиан, посвящали и освящали себя на особый образ служения Богу. Предпочтительно пред всем остальным они направляли весь свой труд, всю свою деятельность (как это и подобает) на то, чтобы подвизаться в отрешённой, божественной, сокровенной жизни, решительно отстраняя от себя всё то, что хоть каким-то образом могло воспрепятствовать их подлинному христианскому жительству или ослабить его. Такими были, среди прочих, многие посвятившие себя Богу девственники обоего пола[212], заботящиеся только о том, как угодить Господу (1 Кор. 7, 34) и быть святыми по телу и духу, дабы тем свободнее прилепляться Ему. Их обычно именовали также «аскетами» (то есть «подвизающимися в благочестии»), ибо они, стремясь, по увещеванию Христову, быть совершенными (Мф. 19, 21), пресекали всякое не необходимое обращение с людьми и излишнее житейское попечение; а нередко, по божественному зову, продавали всё, что имели, и обитали в самом скромном жилище в безмолвии, делая что-либо малое своими руками, всё же прочее время посвящая тому, чтобы во всецелом отвержении себя и мира умереть всему и проводить сокровенную жизнь в Боге чрез непрестанную молитву и богообщение[213].
23. И поскольку теплохладность и отпадение во внешнее стали великими и всеобщими, то многие тысячи христиан, дабы не быть вовлечёнными во всё это и не потерпеть разорения своего всецело посвящённого Христу жительства от расслабленного мирского времяпровождения прочих христиан, убегали от обычного сообращения с людьми и, по Божией воле, удалялись в отдалённые места и пустыни, подвизаясь там со всем усердием день и ночь именно в сей святой, внутренней, сокровенной жизни пред Богом и в соприсутствии Его.
Моим намерением и целью вовсе не является рекомендовать тот или иной внешний образ жительства, телесные подвиги или иные обстоятельства жизни упомянутых святых людей. Они и сами не имели для сего всеобщих правил, равно как и не придерживались одного и того же образа существования, – тем более что с течением времени при всё более сгущающейся тьме всё это постепенно приходило в упадок и сводилось к внешним преданиям и человеческому мудрованию. Моё намерение – лишь показать, что у сих посвящённых Богу душ и христиан, избравших одиночный образ жизни[214], какими они были до пятого столетия, в наибольшей мере сохранялось и передавалось первоначальное, сильное духом, внутреннее христианство. Но и потом, в последующие века оскудения, Бог всё ещё сохранял Себе Своих сокровенных служителей (Пс. 82, 4; 3 Цар. 19, 18; Рим. 11, 4), как об этом можно прочитать в «Каталоге свидетелей истины»[215] и других книгах, например, у Готфрида Арнольда в его «Мистическом богословии», глл. 16 и 17[216], и т. д.
24. К таким избранным, освящённым Богом душам должны быть в особенности причислены те, коих именуют мистиками (то есть «тайными» или «сокровенными»)[217], в книгах которых, после Священного Писания, можно найти описание подлинного внутреннего христианства и истинного богопознания[218]. То верно, что большинство из них принадлежали Римской Церкви и подчинялись её учению; только я должен во свидетельство истины сказать, что оправданные среди них[219] – гораздо лучшие реформаты и евангелисты, нежели большинство протестантов. Ибо оправданные – это истинные, внутренние христиане, которые не прилепляются к внешнему, отвращая свою любовь и своё упование от всякого творения, от себя самих и от собственных дел, но служат и поклоняются Богу в духе и истине (Ин. 4, 24) чрез подлинную веру и единение с Богом во Христе. Да, в их писаниях встречаются те или иные частности или второстепенные вещи, которые не все нужно принимать или защищать; однако же несомненно, что на одном-единственном листочке из книги истинного мистического автора ищущая Бога душа может найти больше божественного помазания, света, утешения, совета и мира, чем порой в десятках фолиантов лишённого жизни и сока школьного богословия – как и сами просвещённые учёные мужи среди протестантов свидетельствуют о том[220].
212
Таких восхвалял мученик Иустин в своём послании Императору (около 130 года): «Есть среди нас много мужчин и женщин, лет шестидесяти и семидесяти, которые, из детства сделавшись учениками Христовыми (Мф. 19, 11–12), живут в девстве; и я готов указать таких из всякого народа» (Апология I [см.:
214
Это можно ясно увидеть в жизнеописаниях древних отцов Антония, Илариона и прочих, в особенности же в писаниях Макария, Ефрема, Нила (каковые писания имеются и на немецком языке), также у Кассиана, Лествичника и др.
215
[ «Catalogus testium veritatis» – исторический труд Флация.
216
[Gottfrid Arnolds Historie und beschreibung der Mystischen Theologie, oder geheimen Gottes Gelehrtheit, wie auch derer alten und neuen Mysticorum. Frankfurt, 1703. S. 339–343.]
218
Некоторые сведения о таковых недавно собраны и изданы в сочинении «Жизнеописания святых душ». [Терстеген имеет здесь в виду составленный им в 1730-е годы трёхтомник, содержащий описание жизни 26 католических подвижников и подвижниц. См.:
219
[То есть получившие дар оправдания Христова; центральный пункт споров между католиками и протестантами.]
220
Смотри у Готфрида Арнольда в «Мистическом богословии» гл. 8, § 38 [См.: Gottfrid Arnolds Historie und beschreibung der Mystischen Theologie, oder geheimen Gottes Gelehrtheit, wie auch derer alten und neuen Mysticorum. Frankfurt, 1703. S. 215–216], и в Sophae Praefet. Num. 7 [источник не установлен].