В дополнение к этому один из наших товарищей вопрос о беспризорности команды, об отсутствии сердечного отношения к ней и ее нуждам, о неуважении в матросе его человеческой личности осветил такими данными: "Это глубоко печально, но это факт: во флоте господствует взгляд на команду, как на случайное, чисто механическое соединение автоматов. Никому не приходит в голову — смотреть на них, как на семью живых людей, которым нужен, очень даже нужен, хороший, неглупый, сердечно относящийся к ним отец; эти оторванные от семьи родной молодые матросы к нему могли бы придти тогда за разрешением своих собственных, не служебных вопросов; они могли бы найти себе ответ у него на свои радости, горести, домашние невзгоды; словом, они видели бы тогда в своем начальстве не сухого формалиста, а сердечного, отзывчивого отца".
Перейдем теперь к другому вопросу. Была, ли в нашем боевом флоте трезвость?.. Мы говорим в боевом флоте, флоте во время войны, не в мирное время, когда он имеет право жить на свободе. Общепризнанно, что мы с тренировкой в трезвости во флоте знакомы не были… Некоторые прискорбные факты подверглись даже всемирной огласке. Весной 1905 г., незадолго до Цусимского разгрома нашей эскадры, император Вильгельм произносил в Страсбурге, в кругу военных, речь. В поучение против излишней роскоши, против распущенности нравов, погони офицеров за развлечениями и проч… император привел рассказ своего сына, только что вернувшегося с Д. Востока, о том, как русские офицеры по прибытии в Киаочао первым делом поспешили скупить там все шампанское…
Особенно предавались алкоголизму на стоянке у Мадагаскара. Ha "Суворове" один офицер, под влиянием выпитого, опрокинулся за борт[192]… "Много шампанского выпивали и на флагманском корабле, да и на других судах Б.-Ц. эскадры"… Из-за этого шампанского вышла один раз скверная история. Несколько ящиков этого вина были привезены на "Суворов". Один из них матросы умудрились скрыть в топку резервного котла. Их накрыли…[193] Пришлось бы матросам сильно пострадать, если бы дали делу законный ход; но его замяли.
Торжественный "завтрак" на одном из броненосцев, во время стоянки у Мадагаскара, "в день поминовения воинов, на поле брани живот свой положивших", затянулся почти на сутки; собрались к 11 ч. утра 19 февраля, а разошлись утром 20 февраля…[194]
Алкоголизм был сильно развит на всей эскадре.[195] Но особенно посчастливилось в этом отношении транспорту "Иртыш", предназначавшемуся для сопровождения эскадры до самого Владивостока и очутившемуся 14 мая в бою. На этом судне командир, старший лейтенант и старший офицер были пьяны почти постоянно и в сильной степени…[196] В результате получались там дикие сцены, масса всякого рода недовольства, и на транспорте царило подавленное, мрачное настроение.
195
Политовский, стр. 96, 97, 141, 143, 147, 151, 192, 220, 237; см. также письма наших погибших товарищей, помещенные далее в главе Цусимские герои.