"У машинных "ручек" внизу, на уровне туловища температура держалась обыкновенно около 45–47 градусов Реомюра. Пойти на индикаторные площадки нечего было и думать, там было от 66 до 70 градусов"…
Если вступающий на вахту механик, спустившись в машину, видел все предметы довольно ясно, то можно было надеяться отстоять вахту без чрезмерных страданий. Но дело было совсем иное, и вахта обещала быть особенно жестокой, когда, при входе в машинное помещение, оно оказывалось как бы в тумане от испаряющегося масла".
"Машинисты на вахте носили только брюки и коты на ногах; торсы, облитые потом, были голы, или же на них были надеты сетчатые безрукавки, "нателки"…
"В кочегарнях было не лучше. С плохим углем тяжело было исправно держать пар, а прибавить котлов не всегда было можно. С кочегарами случались нередко тепловые удары. Помимо вреда для пораженного, они угнетающе действовали и на товарищей его. Человека машинной команды, попавшего "наверх", сразу можно было узнать; его выдавало бледное, бескровное лицо с трупным оттенком и неровная волдыристая кожа"…
"Машинная команда стояла на три вахты, т. е. от 12 до 4 час., от 4 до 8 час., от 8 до 12 час., - в общем в сутки по 8 час.; и перед ее трудом, мужеством и безропотностью надо было прямо преклоняться. Механики стояли на 4 и на 5 вахт; но у них кроме этого были еще свои сверхурочные работы — чистка котлов, ремонт паровых шлюпок и др. И те, и другие перенесли этот тяжелый поход и добрались почти до Владивостока, где надеялись отдохнуть… В бою, когда машинные помещения и кочегарки заволакивались удушливым дымом шимозы и пожаров, когда гасло электричество, когда останавливались вентиляторы и температура поднималась, как и под тропиками — до 45–46 градусов, — и те, и другие умирали на своем посту, пережив превышающий наше представление ужас во время перевертывания корабля… Так, надо думать, погибли наши товарищи Быков, кн. Гагарин, Михайлов и Федюшин"…
ПОГРУЗКА УГЛЯ НА ЭСКАДРУ[242]. Погрузка угля на корабли в открытом море составляла славу нашего плавания. Вопрос о возможности таких погрузок в большом масштабе не был решен раньше нас никем[243].
"Погрузка угля у нас на эскадре была в высшей степени поучительна. Корабли, шедшие с Рожественским кругом Африки, имели в общем более 40 погрузок; и все они были осуществлены, пользуясь только своими людьми, пользуясь трудом экипажей. В конце концов это дело было поставлено на эскадре на должную высоту.
Часовая погрузка угля колебалась в зависимости от способа погрузки, в очень широких пределах, — от 45 до 100 tn в час. Главную задержку при погрузке составляла набивка угольных ям, — заторы в шахтах, заторы у их горловин и разгребание угля лопатами в самих угольных ямах. Некоторые угольные ямы были устроены очень неудачно; быстроты и удобства набивки их углем нельзя было достигнуть никакими средствами.
В быстроте погрузки большую роль играл "дух" экипажа. Если расписание было хорошо составлено, если команда видела, что офицеры горячо берутся за дело, а главное — если погрузкой распоряжался любимый командой и товарищами офицер, то работа шла весело, и дело всегда спорилось.
На "дух" офицеров при этой работе влияло иногда желание их указать старшему офицеру его место: когда распоряжается он сам, корабль грузит мало; а когда его нет, грузят вдвое…
А на некоторых судах бывало и наоборот; так было, напр., "там, где старший офицер был любим командой и умел подымать "дух" команды не начальнически и помимо офицеров, которые во время погрузки угля иногда прятались в каюты, а перед концом работы мазали себе лицо угольной пылью и появлялись на сцену"…
Разные команды грузили различно. Лучше всего работала на погрузках угля машинная команда. Хорошее расписание, разумная дисциплина, привычка и втянутость в разумную ответственную работу делали то, что из назначенного на работу числа лиц этой категории были на месте все 100 %. Хорошо грузили и комендоры, — тоже около 100 %. Хуже всего работала строевая команда. Отсутствие у нее строгой дисциплины, непривычка к правильной систематической работе были причиной того, что из всего состава, назначенного по расписанию, были на месте и работали каких-нибудь 25 %, а остальные разбегались по кораблю и спали.
Для характеристики отношений офицеров к делу можно привести здесь еще следующий случай, сведения о котором были получены мною только перед 2-м изданием книги:
243
Описанные товарищами способы погрузки угля, практиковавшиеся на Б.-Ц. эскадре, я не передаю здесь. П. X.