Когда Цеца ушла, Андрей подошел к Виолетте и положил руку ей на плечо.
— Что случилось?
— Ничего особенного. А почему ты спрашиваешь?
— Ты изменилась. Сидишь как в воду опущенная, и глаза на мокром месте. Вот я и хочу узнать, что произошло.
Виолетта спрятала лицо в ладони.
— Цеца считает, что ты бросишь меня, как только вернешься домой.
Андрей присел рядом, взял ее за подбородок и повернул к себе.
— И забуду эти фиалковые глаза? Если ты веришь в это, ты такая же дурочка, как и твоя Цeцa. Впрочем, она хорошо к тебе относится, и это извиняет ее.
Виолетта прислонилась головой к его плечу.
— Я, наверное, действительно дура. Я так счастлива, что мне немного страшно.
— Слушай, Виола, ты напоминаешь мне бедную Эльзу, помнишь, у братьев Гримм. Она накануне собственной свадьбы спустилась в погреб за вином и увидела топор, вонзенный в притолоку. Села на пол и ревет в три ручья. Отец и жених прибежали, ничего понять не могут. А она им, мол, выйду я замуж, родится у нас сынок, такой красивый, умный, подрастет, пойдет в погреб за вином. Топор упадет и убьет его. У-у-у, какое горе!
Виолетта не смогла сдержать улыбки. На душе снова стало легко.
— Погоди-ка, как ты назвал меня только что?
— Бедная Эльза.
— Нет, ты сказал «Виола».
— Да, а что?
— Так называла меня моя мама.
— Лучше имени она придумать не могла. У тебя глаза, как лесные фиалки, а фигура похожа на скрипку[3]. Сам маэстро Паганини позавидовал бы такой.
Он подхватил ее под мышки, приподнял, поставил перед собой и провел руками по ее телу. Пальцы почти сомкнулись на ее талии.
— Виола, — медленно проговорил он. — Можно, я буду называть тебя так?
— Тебе можно. — Она провела язычком по вдруг пересохшим губам. Его руки обжигали ее сквозь тонкую ткань рубашки.
Андрей помедлил, потом убрал руки.
— Собирайся, пойдем купаться. Я прокачу тебя на гидроцикле, а если повезет, и на акваплане. Только быстро, а то я снова затащу тебя наверх, и мы сегодня из дома уже не выйдем.
Девушек Станчо разыскал довольно быстро. Их привезли в квартиру Атанаса, и теперь они пугливо жались друг к другу на большом плюшевом диване. Атанас стоял перед ними, широко расставив ноги, и с высоты своего роста внимательно всматривался в их перепуганные лица, пытаясь прочесть на них что-нибудь, кроме смятения и страха.
— Что вы так зажались? — спросил он грубо. — Что я вас пытать буду, что ли? Хотя, может, и стоило бы.
Девушки уставились на него как загипнотизированные.
— У меня есть один вопрос, иначе стал бы я на вас, шлюх, время тратить. Когда вы возвращались со Станчо в Варну, с вами был кто-то еще?
Молчание.
— Да или нет? — угрожающе прорычал Атанас.
Девушки быстро переглянулись.
— Конечно, — с деланным равнодушием сказала Стефа. — А разве ты не в курсе?
— Знал бы, не спрашивал. Кто?
— Молодая девушка. Мы ее не разглядели в темноте. Она сказала, что ты велел ей ехать с нами. А потом ты вышел и крикнул Станчо, чтобы он забрал нас всех.
Атанас заскрипел зубами.
— Куда она пошла?
— Понятия не имею. — Стефа повела своими красивыми плечами. — Растворилась в темноте, и все. Она вообще всю дорогу молчала и даже не попрощалась. Не очень вежливо, между прочим. Хотя какое мне до всего этого дело.
Она принялась разглядывать свои длинные ногти, как ни в чем не бывало.
— А вы что скажете? — обратился Атанас к остальным.
— Это все.
— Стефа правду сказала.
— Тогда почему же вы так перепугались?
— А чего ты ожидал? — Стефа совсем уже справилась с собой. — Затащили нас в машину, привезли неизвестно куда, ничего не объяснили.
«Да, похоже, тут глухо, — полумал Атанас. — Придется копать в другом месте».
— Все. Убирайтесь.
— То есть, как это убирайтесь? — возразила было Стефа. — Вы привезли нас сюда насильно, так должны отвезти обратно.
— Перебьетесь. И считайте, что дешево отделались. Если узнаю, что обманули, берегитесь. Вы меня знаете.
Станчо закрыл за девушками дверь и вернулся в комнату.
— Зря ты их так отпустил. Трахнули бы их по разику, и то развлечение.
— У тебя одно на уме. Время не ждет. Что с машиной?
— Никаких следов.
— Как ты действовал?
— Обзвонил все автосалоны. Спрашивал, не продастся ли у них черная «альфа» последней модели.
— Придурок, он не мог так быстро ее продать. Тут другое.
Атанас задумался. Как бы он действовал на месте этого человека? Номера были иностранные. Значит, приезжий. Если у него есть здесь знакомые, то концов не сыскать. А если нет? Единственный выход поставить машину где-нибудь в укромном месте и купить или нанять другую. Все платные автостоянки они уже прочесали. Значит, надо еще раз пощипать автосалоны. Но легенда должна быть другой, чтобы никакая коммерческая тайна уже не работала.