Я чувствую, как излучается его энергия даже отсюда, с трибун. Он похож на тигра в клетке, отчаянно желающего вырваться на свободу.
Инстинктивно я знаю, что как только Джексон выйдет на поле, его будет невозможно остановить.
Десять минут спустя он доказывает мою правоту.
Джексон Дженнингс — во всей красе своего внушительного роста и веса — мчится по полю, зажав футбольный мяч под правой под мышкой.
Как может кто-то такой большой бегать так быстро? Это кажется невозможным. Я мало что знаю о футболе, но разве парни на его позиции обычно не немного меньше? Короче? Больше рассчитанные на скорость? Я бы назвала Джексона лайнменом[7], или тэклом[8], или кем-то в этом роде. Как уже сказала, я ничего не знаю об игре, позициях или о том, как в нее играют.
Совсем.
Моих знаний едва ли достаточно, чтобы понять, что происходит передо мной, если только все вокруг меня не встанут, не закричат или не взбесятся из-за того, что происходит на поле.
«Я была бы для него худшей девушкой».
Почему эта мысль приходит мне в голову, выше моего понимания, особенно когда я едва могу выносить этого парня. Хорошо. Ладно. Да, было несколько моментов, когда я сомневалась в своей ненависти к нему, например, когда Джексон сидел на корточках рядом со мной на обочине дороги, помогая заменить спущенное колесо, а затем починил его. А потом проверил, как я добралась до дома.
Очень мило с его стороны и совершенно не нужно.
Парень мог бы оставить меня там и позволить мне позвонить в службу помощи на дороге.
Но он этого не сделал.
Джексон припарковался, достал свои инструменты и помог.
Не говоря уже о том, что когда он наклонился ближе… от него фантастически пахло. Как одеколон и шампунь, и немного по́том, как будто он принял душ, но не очень хорошо. Как был таким потным после тренировки, но так спешил, что не потрудился смыть все это в канализацию.
Как мужчина.
Трудолюбивый мужчина, который больше заботится о том, чтобы сделать дело, чем о том, чтобы хорошо пахнуть в процессе.
Я помню, как его рубашка туго обтянула грудные мышцы, когда он потянулся вперед, чтобы показать мне, как затягивать гайки, как ткань не скрывала его напряженных, подтянутых плеч. Они смехотворно сильные — не вздутые, а накаченные. Нет другого способа описать это, и на одну горячую минуту у меня возникло искушение обхватить обеими руками его бицепс, просто чтобы посмотреть, смогут ли мои пальцы полностью обхватить его.
Я в этом сомневаюсь.
Мы слишком высоко, чтобы я могла видеть, что происходит на поле, поэтому мои глаза прикованы к гигантскому экрану, подвешенному в дальнем конце стадиона. Лица молодых игроков смотрят на нас сверху вниз, и когда кто-нибудь из них владеет мячом, их статистика и информация транслируются во время каждого короткого затишья.
Музыка из звуковой системы и музыка оркестра воспроизводятся с перерывами.
Это громко — так оглушительно громко, особенно когда забивается тачдаун.
— Как ты можешь не трахаться с ним? — кричит Наташа через нашу небольшую группу друзей, и я оглядываюсь по сторонам, чтобы посмотреть, не услышал ли кто-нибудь.
Мы окружены в основном другими студентами и семьями.
«Господи. Говори потише, черт возьми!»
— Ты не трахаешься с парнем просто потому, что тебе этого хочется, — говорю ей, закатывая глаза.
Кроме того, Джексон девственник и не собирается отказываться от этого ради кого попало. По его словам, он ни с кем не трахается и не планирует этого делать.
У него нет времени ни на девушек, ни на свидания — это он ясно дал понять.
Сомневаюсь, что он сделал бы исключение для меня.
Не то чтобы я этого хотела.
Я вряд ли нахожусь на рынке, а если бы была… Мой взгляд блуждает по полю в поисках номера восемьдесят два. Было бы это с таким парнем, как он?
Джексон: Ты была?
Я: Где?
Джексон: Ха-ха
Я: ДА, Джексон, я была. Я люблю хот-доги. Как я могла устоять перед поеданием сосисок на футбольном поле?
Джексон: Ты шутишь, да? Это НЕ футбольное поле. Это стадион.
Я: Я шучу. Очевидно, я знала, что это не футбольное поле. Там ведь играют в хоккей, верно?
Джексон: Ни капельки не смешно.
Я: Да ладно тебе — я очень забавная. К тому же довольно симпатичная. Я права или я права?
Джексон: Сейчас я тебя игнорирую.