Кинолог вдруг резко вскрикнул и попытался оттащить пса, забравшегося мордой в пакет из Макдоналдса с полусгнившим картофелем фри и надкусанным бургером.
– Нельзя, Твист! Брось!
Строубридж натянул поводок, но пес рвался заглотить как можно больше отвратительного месива. Кинолог попытался отбросить пакет, но добился лишь того, что бургер вывалился наружу вместе с извивающимися червями.
– Да оттащите же своего чертова пса! – велела Делаплейн.
Идея представлялась ей все более и более безнадежной. Они уже прочесали кладбищенскую сторону реки, но безуспешно, а теперь приближались к тому месту, где был найден труп. Если и здесь не удастся взять след, продолжать не имеет смысла, потому что тело не могло плыть против течения.
Может быть, пес просто ни на что не годен. На площади он не смог даже проследить маршрут трупа Эллерби с того места, где его убили, судя по найденному пальцу и клочку кожи, до ближайшей улицы. Делаплейн предположила, что тело несли вдвоем и поэтому никакого запаха не осталось. Что само по себе уже ценная информация.
– Ищи! – снова скомандовал Строубридж, отбросив ногой червивый бургер и помахав перед носом пса лоскутком одежды с запахом Эллерби.
Впереди лес уступил место заросшему болоту с илистым берегом. На дальнем его конце проплывавшие мимо на лодке люди и нашли труп. Это был конечный пункт поисков. И слава тебе господи, потому что за солончаком зеленой стеной поднимались джунгли куда хуже тех, сквозь которые Делаплейн только что продиралась.
– У того леса повернем обратно, – сказала она плетущемуся следом Шелдрейку.
– Для меня и этого слишком много, – ответил тот, прихлопнув очередную мошку.
На лице и шее у него уже проступили уродливые красные волдыри.
Трава на болоте была высотой по пояс. Поднялся ветер, сдув насекомых и подарив долгожданное спасение от удушливой влажности. И тут Твист наконец-то взял след. Поразительно, как изменилось при этом все поведение собаки, как неуклюжий пес вдруг подобрался, натянул поводок и опустил морду к земле, каким цепким стал его взгляд.
– Почуял запах, – объявил Строубридж и так очевидную вещь.
– Хорошо, хорошо, – сказала ему Делаплейн.
Дело пошло на лад.
Твист рвался с поводка и тащил за собой Строубриджа. Кинолог был тщедушным мужчиной, а Твист – очень крупной собакой, и выглядело все довольно комично.
Они быстро продвигались по траве, ветер становился все сильнее. Шелдрейк, этот жалкий пожиратель канноли[29], семенил следом, сопя и стараясь не отставать. И тогда, впервые за все время, Твист гавкнул, потом еще раз, и его мрачный лай разнесся над рекой.
– Он и вправду что-то учуял! – тяжело дыша, сказал Строубридж, а пес все тащил и тащил его за ремень.
Они прошли вдоль вогнутой береговой линии. В нескольких сотнях ярдов впереди показалась ограждающая лента, которой медэксперты отметили место, где было найдено тело.
– Твист! К ноге! К ноге, я сказал!
Пес рвался вперед, дергая Строубриджа, словно марионетку, при каждом прыжке.
– Успокойся, Твист! – крикнул кинолог, но пес не послушался и снова залаял – долгим, могучим грудным лаем.
Строубридж ухватился обеими руками за поводок и потянул на себя. Но пес увлекся погоней, и это была настоящая потеха – смотреть, как Строубридж с воплями ковыляет за ним, пытаясь не отстать.
– Плохой пес! К ноге! Что за дьявол в тебя вселился?
Твист неистово лаял, из пасти разлеталась слюна, язык длиною в добрый фут раскачивался из стороны в сторону при каждом прыжке. Он тащил и тащил Строубриджа к густой стене зелени за тем местом, где нашли Эллерби.
– Ко мне! Сидеть!
Никакие команды не действовали, и через мгновение случилось то, чего Делаплейн давно уже ожидала. Строубридж потерял равновесие и упал в высокую траву. Но пес по-прежнему мчался вперед, таща его за собой. Снова ухватившись обеими руками за поводок, Строубриж отстегнул его от пояса, и бладхаунд с бешеным лаем помчался быстрее пули к полосе леса.
– Будь ты проклят! – прошипел Строубридж, вставая и отряхиваясь. – Прежде с ним никогда такого не случалось.
Твист в тот же миг нырнул в кусты и исчез в глубине леса. Теперь его лай звучал приглушенно.
29