Очевидно, работа над общим планом уже завершилась. Бэттс с энтузиазмом рассказал о найденном месте для съемок, а потом распорядился сворачиваться и переходить на новый объект.
С поразительной сноровкой группа разобрала оборудование и перенесла вглубь кладбища. Бэттс показывал дорогу. Дойдя до старого мавзолея, они включили генератор и принялись заново расставлять прожекторы на треногах, а сумерки к тому времени уже сменились пурпурной темнотой. Верзила установил за надгробиями по обе стороны от мавзолея какие-то агрегаты. Уэллстоун пытался угадать, для чего они предназначены, пока из них не повалил дым. Плывущие по воздуху полосы тумана выглядели на удивление реалистично, а при косом освещении расцветали так, будто источник света находился внутри их. Эффект был одновременно и театральным, и зловещим.
Уэллстоун снял несколько кадров и короткое видео, фиксируя превращение обычного, хотя и жутковатого пейзажа заброшенного кладбища в кадры из фильма ужасов. Хоть это и не было доказательством мошенничества, но определенно вызывало ощущение намеренной манипуляции.
Затем группа начала подготовку к съемкам Мюллера. Женщина-оператор разразилась потоком указаний по освещению и работе дымовых машин, а Бэттс с Мюллером разбирали сцену, которую собирались снимать. Режиссер показывал шарлатану, где встать, куда идти и что делать.
И вот съемочную площадку приготовили. Мюллер достал свою серебряную лозу и принялся, держа ее трясущимися руками, бродить туда-сюда перед работающей камерой, а вокруг клубился туман. Лоза словно взбесилась и настойчиво тянула Мюллера к открытой двери.
– Там прячется что-то злое! – расслышал Уэллстоун причитания Мюллера. – Sehr teuflisch![81] Зло, зло! В склепе!
Уэллстоун чуть ли не с дрожью ликования заснял всю эту сцену на видео, позаботившись о том, чтобы были видны и прожекторы, и дымовые машины, и направляющие жесты Бэттса, и распоряжения оператора. Хотя Мюллер и демонстрировал свою независимость, это, вне всякого сомнения, была постановка от начала и до конца. Мюллер установил свою камеру и сделал несколько снимков, наверняка таких же фальшивых, как и прежние. В этот момент Уэллстоун понял, что ему не нужны даже карты памяти, отснятого материала достаточно, чтобы показать, что все это сплошная бутафория. Возможно, тот самый сюжет, которого ему так недоставало, сам пришел к нему в руки. Интерес и волнение Уэллстоуна подскочили до небес, когда он понял, что Бэттс собирается сделать второй дубль, а потом третий, снимая одну и ту же сцену несколько раз. Если это не доказательство мошенничества, то что же тогда?
Третьим дублем Бэттс остался доволен. Но он не приказал сворачивать оборудование, а собрал вокруг себя всю группу и велел готовиться к другим съемкам. Похоже, они должны были проходить внутри мавзолея. Ведущий оператор с помощниками перенесли прожекторы ближе к внешней стене и подняли повыше на треногах, чтобы свет попадал в мавзолей через зарешеченные окна.
Уэллстоун сменил позицию, чтобы лучше видеть. Свет, проникающий сквозь решетки, отбрасывал на внутренние стены гробницы безумную мозаику теней. Очень эффектно. Он сделал еще несколько фото и видео, пока группа Бэттса готовилась к съемкам.
Начался второй сеанс. Мюллер сделал вид, что лоза тянет его в мавзолей. Его руки дергались и дрожали. Остановившись в дверях, Мюллер густым звучным голосом объявил: «Зло! Зло!» – и лоза подпрыгнула в его цепких пальцах. Они сделали четыре дубля, но, разумеется, в умелых руках монтажера все будет выглядеть плавно и убедительно. Впрочем, это уже не имело значения. Уэллстоун получил неопровержимые доказательства, явные улики. Он запечатлел процесс изготовления паранормального фарша. Это будет не просто вершина его книги. Этот материал можно демонстрировать на телевидении либо в лекционном зале просто для того, чтобы показать, как создаются фальшивки. Более того, из него может получиться отличный документальный фильм о мошенниках, спекулирующих на вере людей в сверхъестественное.
Интересно, оценит ли Бэттс эту иронию?
Съемочная группа в третий раз переставила оборудование, еще ближе к мавзолею. Размотав силовой кабель, они внесли прожекторы прямо внутрь. Дымовые машины придвинули к двери, чтобы закачивать туман в зияющую дыру. Опустилась темная ночь, луна скрылась за облаками. Задул холодный ветер. Уэллстоун удивился, как вся группа уместилась в маленьком каменном мавзолее. Но когда свет внутри потускнел, он с удивлением понял, что там, вероятно, был второй уровень с проходом, ведущим в гораздо более просторное помещение внизу. Вот почему Бэттс был так доволен: он словно бы получил готовую декорацию к своей бутафорской постановке.