Выбрать главу

Не успел Рассвет закончить рассказ о своем открытии, как в пустом коридоре поднялся шум — друзья жарко заспорили о том, что именно ему удалось обнаружить. Пион был уверен, что никакой надписи на стене в такой далекой от жилых уровней комнате быть не могло и что Расс просто-напросто принял за буквы узор из трещин. Снежка с не меньшим азартом доказывала, что в комнате обязательно должен быть еще один выход, ведущий к каким-нибудь древним помещениям, где раньше тоже жили люди и где до сих пор можно найти много полезных вещей. Сергей пытался намекнуть товарищам, что Расс вряд ли мог перепутать буквы с трещинами и не заметить даже хорошо замаскированную дверь, Петр время от времени брался ему поддакивать, но перекричать разошедшихся Снежку с Пионом им было не под силу. Рассвет же чувствовал себя чересчур уставшим, чтобы оправдываться и что-то доказывать, а потому некоторое время слушал спорщиков молча, и лишь когда они выдохлись и притихли, недовольно кашлянул, обращая на себя их внимание:

— В следующий раз я вас всех туда отведу, сами увидите, какие это трещины и какие там есть потайные ходы.

— А чего в следующий? Почему не прямо сейчас? — мгновенно загорелись глаза у Снежки, да и остальные друзья Рассвета машинально повернули головы в сторону коридора, в который он ходил погулять. Расс тоже оглянулся на уходящий в темноту проход, представил, как ему придется во второй раз проходить этот длинный путь, а потом возвращаться назад, сначала к месту привала, а потом к оставшимся далеко позади жилым уровням, и тяжело вздохнул:

— Давайте не сейчас. Поздно уже, и дома нас наверняка ищут.

— Да не так уж и поздно! — в один голос запротестовали Снежка и Сергей. — Мы тут всего-ничего гуляем, еще даже вечерняя смена, наверное, не началась!

Однако Пион с сожалением покачал головой:

— Расс прав, нас очень долго не было, а вечерняя смена уже вовсю идет.

Снежка разочарованно застонала. Ей страшно хотелось увидеть таинственную комнату с надписью прямо сейчас, но в том, что Пион прав, никто из друзей не сомневался — он умел очень точно чувствовать, сколько прошло времени, и почти никогда не ошибался.

— Ладно, тогда пошли домой! — Рассвет поднялся на ноги, взял в руки смятую куртку и принялся стряхивать с нее пыль. Остальные путешественники тоже встали и начали собирать свои вещи. О том, что могла означать увиденная Рассом надпись и было ли это надписью вообще, никто больше не спорил: теперь, когда посещение загадочной комнаты отдалилось минимум на несколько дней, до того момента, когда у всех пятерых снова одновременно появится свободное время, в этом не было особого смысла. Но Расс ни минуты не сомневался, что каждый из его товарищей теперь обдумывает услышанное про себя и будет заниматься этим все последующие дни, сгорая от любопытства и нетерпения. А уж сколько всего за это время передумает он сам… Шумно вздохнув еще раз, молодой человек накинул куртку на одно плечо и вместе со всеми двинулся в обратный путь.

Пять фонариков, не слишком ярких по отдельности, вместе прекрасно разгоняли вечный мрак необитаемых уровней. Узкие коридоры сменялись широкими, повороты чередовались с лестницами, оставались позади распахнутые или прикрытые двери, за которыми находились тщательно обследованные путешественниками пустые комнаты… Тяжелый, пахнувший пылью воздух постепенно становился все более приятным для дыхания, пол делался все менее грязным и влажным — компания приближалась к первому уровню, тоже довольно темному и замусоренному, но уже обитаемому.

Эта часть пути считалась наиболее опасной. Многие жители более благополучных уровней говорили, что не забираются в необитаемые коридоры вовсе не из-за "неведомого ужаса", который якобы поджидает там каждого ушедшего далеко от дома человека, а из-за вполне реального риска встретить на первом уровне грабителей или хулиганов. Несколько раз Рассвету и его друзьям тоже не посчастливилось наткнуться на местных жителей, попытавшихся прогнать чужаков со своей территории, и одна из таких встреч закончилась серьезной дракой. Но потом они научились и договариваться с хозяевами первого уровня, покупая у них свободный проход за фонарики, ножи и другие нужные вещи, и пробираться через их коридоры тайком.

Так же тайком, пряча фонарики под куртками и осторожно заглядывая за угол перед каждым поворотом, компания пробралась через темный, почти не освещенный первый уровень и теперь. Все прошло благополучно, им никто не встретился, и только из бокового прохода, мимо которого лежал их путь, донесся шум яростного скандала — двое местных, судя по долетевшим до путешественников словам, не поделили найденную в куче мусора старую куртку. Испугавшись, что ссорившиеся услышат их шаги и решат разжиться еще и их одеждой, друзья двинулись дальше еще тише, на цыпочках прошмыгнули в другой боковой коридор и со всех ног бросились к ведущей на второй уровень лестнице.

На стенах коридоров второго уровня уже висело гораздо больше светильников с яркими крупными личинками, и вышедшие из темноты путешественники поначалу недовольно щурились. Зато нападений на "двойке" можно было уже не опасаться — люди там тоже жили хоть и небогатые, но законопослушные, да и охранники, в отличие от их коллег с первого уровня, следили за порядком всерьез, так что на чужаков местные жители лишь бросали неодобрительные взгляды. Кроме того, между вторым и всеми следующими уровнями ходили лифты, а это означало, что основная часть пути Рассвета и его друзей подходит к концу и скоро все они уже будут дома.

Потолкавшись некоторое время в очереди на лифтовой площадке и узнав у местных жителей, что вечерняя смена уже не просто давно началась, а подходит к концу, пятеро друзей, наконец, втиснулись в тесную кабину и с комфортом отправились к своим родным уровням. Лифт ехал быстро, хотя и с громким скрипом, а время от времени еще и как-то подозрительно вздрагивал, заставляя своих пассажиров нервно переглядываться и бормотать себе под нос не самые приличные ругательства.

— Говорят, позавчера в восточном конце один лифт застрял между пятым и шестым уровнями, — вспомнил Пион. — Две тетки там почти полсмены просидели, пока техники до них добирались…

— Полсмены — это еще ерунда, у меня соседи один раз больше суток в лифте маялись! — отозвался Расс.

Лифт, словно в подтверждение их слов, тут же ощутимо тряхнуло. Снежка испуганно охнула и вцепилась в локоть стоявшего рядом Сергея.

— Вам че, идиоты, другой темы для разговора никак не придумать?! — зашипела она на парней, которые тут же злорадно засмеялись.

Лифт остановился на третьем уровне, и живший там Пион, подмигнув Снежке и хлопнув по плечам остальных товарищей, выскочил в залитый ярким сиреневым светом от множества копошившихся в подвешенных под потолком прозрачных трубках личинок коридор. Друзья крикнули ему "Пока!" и медленно, со все усиливавшимся скрипом, поехали дальше. Разговор больше не клеился — лифт, как и все прочие механизмы, действительно наводил только на мрачные мысли о поломках и авариях, произносить которые вслух никому не хотелось. Петр и Сергей начали вполголоса обсуждать своих очередных подружек с шестого уровня, но недовольное хмыканье Снежки, считавшей все их увлечения несерьезными глупостями, заставило парней обиженно замолчать.

Снежка вышла на своем пятом уровне, поспешно приглаживая растрепавшиеся черные волосы и поправляя одежду. Сергей и Петр, попрощавшись с ней, тихо заспорили, успеют ли они хоть немного поспать перед началом ночной смены. Расс слушал их, но в беседе не участвовал — почему-то именно теперь, когда ему уже не надо было ни бежать, ни идти, ощущение усталости сделалось особенно сильным. Он незаметно прислонился к стене кабины, с завистью слушая товарищей и думая о том, что сам бы он в эту ночь уже не смог работать в оранжерее, даже если бы ему дали сперва немного отдохнуть…

Кабина в очередной раз замерла, и Петр принялся открывать дверь. Седьмой уровень, где жили они с Сергеем, освещался не личинками, а электричеством, и все трое парней поспешили прищуриться.