И коль скоро зашла речь об аллегориях, выскажем следующие предварительные замечания. Знай, что ключом к пониманию всего, сказанного пророками (да будет мир над ними!), к познанию его истинной сути служит понимание того, что представляют собой их аллегории и каков их смысл, а также истолкование свойственных им способов выражения. Тебе известны слова Его, да превознесется Он: "И через пророков изъяснялся Я уподоблениями",[152] известны и слова Его: "Загадай загадку и скажи притчу".[153] Также известно тебе, как, имея в виду то, что пророки часто используют притчи, сказал пророк: "они говорят обо мне: не рассказывает ли притчи он?".[154] Известно тебе речение, которым Соломон открывает [свою книгу]: "...чтобы понять притчу и замысловатую речь, слова мудрецов и загадки их".[155]
Говорится в Мидраше: "На что были похожи слова Торы до того, как появился Соломон? На глубокий колодец со студеной водой, никому не удавалось испить из него. Что же сделал один мудрец? Он связал веревку с веревкой, шнур со шнуром, зачерпнул и испил. Так Соломон присоединял притчу к притче, слово к слову до тех пор, пока не достиг слов Торы".[156] Такова дословно их речь.
Не думаю, что хотя бы один человек с неповрежденными умственными способностями может вообразить, будто упомянутые здесь "слова Торы", для понимания которых пришлось прибегнуть к приему, состоящему в уяснении смысла притч, — это законы об устройстве кущей, о лулаве[157] или закон о четырех видах хранителей;[158] но без всякого сомнения, здесь подразумевается понимание глубоких материй.
Там же написано: "Говорят наши учителя: Тот, у кого потерялась дома села[159] или жемчужина, зажигает фитиль ценой в исар[160] и находит жемчужину; так и притча сама по себе — ничто, но благодаря притче становятся слова Торы яснее зримыми". Это также дословная цитата. Вдумайся в ясные слова [мудрецов] благословенной памяти: внутренний смысл "слов Торы" — это "жемчужина", а внешняя сторона любой аллегории — "сама по себе ничто". Они уподобили сокрытие аллегорически изображаемого смысла во внешнем плане аллегории потере жемчужины в темном доме; дом полон всевозможной утвари, так что, хотя и жемчужина находится здесь, однако [человек] не видит ее и не ведает, где она. Она словно бы оказалась за пределами его владения, ведь он никоим образом не может воспользоваться ею до тех пор, пока, как было упомянуто, он не зажжет светильник, что соответствует пониманию смысла аллегории.
Сказал мудрец:[161] "Золотые яблоки с серебряным украшением (משכיות) — слово сказанное разумно".[162] Выслушай разъяснение мысли, которую он здесь высказал. [Слово] משכיות означает ажурные резные украшения,[163] то есть такие, в которых есть места, усеянные мельчайшими отверстиями,[164] как это делают ювелиры. Такое название дано им из-за того, что они проницаемы для взора: Таргум передает וישקף ("и взглянул")[165] как וישתכי.[166] Итак, здесь говорится, что золотому яблоку в серебряной сетке с чрезвычайно мелкими ячейками подобно слово, сказанное в двух смыслах.[167]
Воззри, сколь дивно это изречение описывает мудро устроенную аллегорию! Ведь, как здесь говорится, речению, наделенному двумя ликами (я имею в виду то, что в нем есть и внешнее и внутреннее),[168] подобает, чтобы наружный вид его был прекрасен, как серебро, а внутренний смысл был прекраснее внешнего смысла, так, чтобы внутренний смысл в сравнении со внешним был как золото в сравнении с серебром. Подобает также, чтобы во внешней стороне аллегории имелось бы нечто, дающее внимательному наблюдателю указание на то, что скрыто внутри, — подобно тому, как это золотое яблоко, покрытое серебряной сеткой с мельчайшими ячейками, если смотреть на него издали или не слишком внимательно, можно принять за серебряное; если же обладатель зоркого взгляда всмотрится в него чрезвычайно пристально, ему станет ясно, что находится внутри, и он узнает, что оно — золотое.
160
Исар (лат. асс, ассарий) — римская монета достоинством 1/24 динара, грош (к Iв. до н. э. эта монета обесценилась и стала синонимом "ломаного гроша" — И.Х.Дворецкий, Латинско-русский словарь).
161
Соломон. См. Klein-Braslavy, "King Solomon and Metaphysical Esotericism according to Maimonides", pp. 57-86; Glaston, "Politics and Excellence", pp. 52-53.
164
אלאעין, букв. можно перевести как "глазки", что сделало бы более наглядной предлагаемую Маймонидом этимологию слова משכיות.
167
עלי וג'היה от וג'ה — лицо, сторона, смысл, слой. Вторая часть обсуждаемого стиха гласит דבר דבור על אפניו — "слово, сказанное по путям его", или "по образам его", или "по ликам его". Отсюда последующее рассуждение о двуликости аллегории. Двуликое, двунаправленное, двуслойное строение притчи соответствует двойственности ее адресата и ее двоякой воспитательной задаче: во-первых — исправление нравов и устроение справедливого общества, и, во-вторых, — указание пути к достижению интеллектуального совершенства.