В гостинице я поведал о своей беде хозяевам. Хозяйка тут же сказала: «Дай вам Бог избавиться от всех других ваших бед так же легко, как можно избавиться от этой. Как избавиться? Да просто зайти к Даниэлю Баху и заказать у него дрова».
Когда я пришел к Баху, там как раз случился возчик Ханох со своей лошадью и телегой. Даниэль сказал ему: «Нагрузи телегу дров и отвези в старый Дом учения». Ханох нагрузил телегу и стронул коня, а сам побрел следом за ними. Так они втроем и шли, пока не прибыли к месту назначения.
Вообще-то назвать его телегу телегой, а лошадь лошадью можно только из уважения к самому Ханоху: телега у него такая маленькая, а лошадь такая хилая, что на них впору только развозить разную мелочь по окрестным деревням и привозить оттуда курицу или яйца.
Подъехав к Дому учения, Ханох разгрузил дрова, занес их внутрь и хотел было развести огонь, но я сказал ему: «Ханох, пока ты тут будешь растапливать печь, твоя лошадь простудится, стоя на морозе. Возвращайся ты лучше к своей работе, а я уж сам разведу огонь».
Я дал ему за труды и отпустил с миром, а сам принялся растапливать печь. Вскоре весь дом наполнился дымом. Во-первых, потому, что у меня не было сноровки, а во-вторых, потому, что эту печь уже много лет не топили. Я выбился из сил и был уже близок к отчаянию, как вдруг печь сжалилась надо мной и начала разогреваться. А с нею стал разогреваться и весь Дом учения. И это была большая радость. Не будет преувеличением сказать, что даже стены Дома учения вспотели от радости.
В тот день я занимался дольше обычного, потому что снаружи было холодно, а в Доме учения — уютно и тепло. Куда лучше было сидеть здесь, чем бродить по улицам.
Когда первые дрова кончились, я заказал у Даниэля следующие, и теперь Ханох каждые два-три дня привозит мне полную телегу дров. Как я уже сказал, телега у него маленькая, и лошадь маленькая, и сам он маленький — трое этих «малых на земле сей» должны прокормить целое семейство. Поэтому они и ездят по окрестным деревням, доставляя деревенским жителям всякую галантерею. Вот еще один пример величия Святого и Благословенного — даже самым малым Своим творениям Он дает возможность заработать на жизнь.
Ханох радуется своей доле и радует свою лошадь — раньше, чем сам попьет-поест, обязательно задаст корм своей скотине. Лошадь его птичьего молока не просит, а то, что она просит, Ханох ей дает, и поэтому они любят друг друга и помогают друг другу. Когда Ханох устает, лошадь тащит телегу, а когда лошадь устает, Ханох помогает ей тащить телегу, а когда телега устает, они оба ее тащат.
Как-то раз я спросил Ханоха, хорошо ли он зарабатывает. Он ответил: «Слава Богу, больше, чем мы заслуживаем у Него, у Благословенного. Если бы мы заслуживали больше, Он бы и давал нам больше».
Я спросил: «Разве ты не стоишь большего?»
Он сказал: «Доказательство тому — что Он не посылает мне больше».
Я сказал: «Может быть, Он бы посылал тебе больше, если бы орудия твоего труда тоже были побольше?»
Он сказал: «Он, может быть, и посылал бы, но Его посланцы наверняка задержали бы Его послание в своих руках».
Я спросил: «И ты тоже недоволен людьми?»
Он ответил: «Я не имею привычки размышлять, я всего лишь произношу своими устами все, что Благословенный вкладывает мне в рот».
Я подумал — а что, если дать ему, этому Ханоху, побольше денег, чтобы он сменил малые орудия своего труда на большие и его доходы не были бы такими маленькими. Я сунул руку в карман, достал кошелек и сказал: «Вот тебе, Ханох, за твой труд».
Сначала я хотел дать ему все, что найду в кошельке, но, когда достал кошелек, передумал и протянул ему маленькую монету. Воистину, хотел Святой и Благословенный дать ему, этому Ханоху, весь кошелек, но посланец Его задержал руку дающего.
Этот Ханох — мозги у него слабые, ему не в толк все, что выше его кипы[74]. Но, несмотря на это, я иногда беседую с ним даже о вещах всемирного значения и объясняю ему их. А если он не понимает, я пытаюсь растолковать ему на примере. Но он и тогда не все понимает, потому что для такого рода вещей требуется немного воображения.
Я спрашиваю его: «Знаешь ли ты, Ханох, что такое воображение?»
Он: «Не знаю».
Я говорю ему: «Тогда садись, я тебе объясню. Воображение — это то, благодаря чему существуют все, пришедшие в этот мир, — и я, и ты, и твой конь, и даже твоя телега. Почему так? Смотри, ведь ты направляешься в деревню из-за того, что ты воображаешь, будто тебя там ждет заработок. А твоя лошадь воображает, что там ее ждет корм. А твоя телега воображает, что там ее ждет отдых. Значит, если бы не сила воображения, вы бы вообще туда не ездили. Но это именно то, что я сказал, — мир существует только благодаря воображению. И счастлив тот, кто может использовать силу своего воображения, чтобы обеспечить свой дом и свою семью. И „ой“ тому, кто использует силу своего воображения для всякого рода суетных дел. Например, те, которые играют в театре и показывают разные представления. Как-то раз я был в театре, где ставили некую драму. Я сказал тем, кто сидел со мной рядом, что могу заранее угадать, чем кончится эта драма. И действительно, так оно и было. Потому что я вообразил себе все действия этого спектакля, одно за другим. И я сделал это силой самого простого воображения. Если бы я воспользовался силой высшего воображения, то наверняка бы ошибся, ибо большинство этих пьес создается с помощью самого простого воображения, на высшее их не хватает.
74