Я отпил еще немного отмеченного наградой темного пива Мака.
— Вы валькирия. Настоящая.
Выражение её лица стало абсолютно непроницаемым.
— Я полагал, что валькирии в основном подбирают и доставляют, — сказал я. — Отбирают лучших воинов среди павших. Забирают их в Валгаллу. Ах, да, и наливают напитки там. Девственные дочери Одина, разливающие медовуху для воинов, пирующих до Рагнарёка.
Гард запрокинула назад голову и рассмеялась: «Девственные дочери!». Она поднялась, покачала головой и с сожалением посмотрела на сломанную руку. Потом наклонилась и поцеловала меня в губы. Её поцелуй был сладким, чувственным и обжигающим. Я почувствовал его всем своим телом. Гм, некоторыми местами больше чем другими.
Гард медленно отклонилась, её бледно-голубые глаза сияли. Потом она подмигнула мне и сказала:
— Не верьте всему, что вы читаете, Дрезден. — Она повернулась, чтобы уйти, затем остановилась и оглянулась через плечо. — Хотя, если быть откровенной: иногда ему нравится, когда мы называет его Папочкой. Я — Сигрун.
Я наблюдал, как Сигрун уходит. Потом я допил остатки пива. Мыш ожидающе стоял возле меня. Он вильнул хвостом, и мы отправились домой.
06 Прикрытие
Действие рассказа происходит между событиями, описанными в романах «Маленькое одолжение» и «Продажная шкура».
Томас Райт — вампир, монстр, чудовище, но, когда его брату грозит опасность, он, забыв обо всем, лезет спасать его шкуру. А ничего не подозревающий об опасности Гарри Дрезден тем временем помогает матери найти пропавшего сына…
Действие новеллы происходит после событий, описанных в романе «Маленькое одолжение». Этот рассказ было действительно интересно писать. Я бы хотел показать немного больше Томаса и его мир в течении нескольких лет, но только Гарри никогда с этими вещами не сталкивался. Вампиры из «Досье Дрездена», особенно Белая коллегия, считают себя нацией изгоев, их объединяют общие проблемы и опасные враги. Вид культуры, который вытекает из такого рода фундамента, просто не имеет доступа для посторонних. Если Гарри когда-нибудь добирался до центра, чтобы увидеть, что это за культура, это было бы предательством по отношению к нам, противоречащим целостности Белой коллегии, и сводящим на нет всю схему.
Поэтому, когда издатель «Subterranean Press» пришел ко мне с предложением сделать повесть, которую будет иллюстрировать не кто иной, как Майк Миньола, я ухватился за эту возможность. Задачей здесь было представление Томаса с его точки зрения, отличной от Гарри. И, что ещё лучше, я хотел бы стравить братьев таким образом, чтобы их отношения доверия и взаимного уважения были сохранены, однако они, по-прежнему, были отделены друг от друга.
Я также должен был ввести в сюжет для фона некоторые другие факты из историй «Досье Дрездена». В принципе, Война Забвения была тем, что мне действительно нравилось, но как Белая Коллегия, её подлинный представитель, предотвратит вовлечение Дрездена, не заставив всё взорваться? Это было идеальной средой для того куска вселенной на заднем плане, и это заставило меня чувствовать всё тёплым и пушистым, чтобы, наконец, добраться туда, где читатели могли тоже это увидеть.
Давайте сразу кое-что проясним. Я не Гарри Дрезден.
Гарри — чародей. Подлинный, кристально честный волшебник. Он — Гэндальф, [36] вколовший внутривенно смесь из героина и «Red Bull», в большом кожаном плаще и с револьвером сорок четвертого калибра в кармане. Он готов плевать в глаза богам и демонам, если считает, что он прав. И к черту последствия! Пока, так или иначе, моему маленькому братцу удается оставаться достойным человеком.
Будь я проклят, если я знаю как. С другой стороны, я давно уже проклят. Меня зовут Томас Рэйт, и я — чудовище.
Компьютер в моём маленьком офисе тихо заиграл, привлекая моё внимание. Я поставил мелодию гимна нацистской Германии, который проигрывает всякий раз, когда мне приходят сообщения от членов моей семьи. Естественно, не от моего сводного брата Гарри. Гарри и электронная почта несовместимы, как Роберт Дауни и трезвость. Я имею в виду другую часть моей семьи.
Монстров.
Закончив убирать рабочее место, я глянул на часы. Оставалось пять минут до прихода следующей посетительницы. Я окинул быстрым взглядом салон, улыбнулся постоянной клиентке шутливо бранящейся с молодой стилисткой, работающей с ней, и вышел в холл. Повернув за угол, я спустился вниз по узкой лестнице и прошел десять футов по вызывающему клаустрофобию коридору, чтобы добраться до своего офиса. Сев за стол я движением мышки пробудил ноутбук к жизни. «Антивирус» просканировал письмо, и музыка снова заиграла, просигналив, что оно безопасно. Звук прозвучал с такой громкостью, что обычный человек смог бы услышать мелодию максимум от лестницы, но никак не из конца холла. Письмо от admin@whitecourt.com было пустым, но в теме значилось:
36