Выбирая наряд для собеседования, я стремилась создать образ девушки умной, современной и целеустремленной, но при этом дать понять, что я не думаю, будто одежда может повлиять на выбор комиссии. В результате я остановилась на простых синих джинсах-скинни, зеленой клетчатой рубашке и ничем не примечательном черном свитере. В обычной жизни я бы никогда такое не надела, но тут решила, что, с одной стороны, выгляжу интеллигентно, с другой – все еще похожа на себя.
Мне все равно было жутко некомфортно, но я списывала это на нервы.
Когда я подошла к машине, Рейн смерила меня долгим взглядом.
– Выглядишь очень скучно, – сказала она, когда я села на пассажирское кресло рядом с ней.
– Вот и отлично. Не хочу их спугнуть.
– Я до последнего надеялась увидеть цветные легинсы. Или черную джинсовку.
– Не думаю, что в Кембридже так одеваются.
Мы расхохотались и поехали за Дэниелом.
Он жил в центре города напротив магазина «Теско Экспресс», в узком доме рядовой застройки без подъездной дорожки. Рейн потребовалось добрых три минуты, чтобы нормально припарковаться.
Я написала Дэниелу, и вскоре он выскочил на улицу, одетый в школьную форму. Мне пришлось вылезти из машины, чтобы он сел назад.
– Значит, остановился на школьной форме? – хмыкнула я. Дэниел в ответ выразительно на меня посмотрел.
– Я думал, все так одеваются для собеседований.
– В самом деле?
Он пожал плечами.
– Я могу ошибаться. – С этими словами он полез на заднее сиденье. А мое беспокойство усилилось раза в три.
– Дэниел, друг, ты не помогаешь. – Рейн выразительно закатила глаза. – Мы и так жутко нервничаем!
– Мы? – хохотнул Дэниел, наблюдая, как я сажусь в машину. – У тебя даже собеседования нет. Ты будешь сидеть в «Коста Кофе» и играть в «Кэнди Краш».
– Вообще-то я собираюсь переживать за вас обоих! И с «Кэнди Краш» я завязала два месяца назад.
Я прыснула со смеху и впервые подумала, что поехать на собеседование втроем – не такая уж плохая идея.
Дорога до Кембриджа заняла два с половиной часа. Дэниел воткнул в уши наушники и ехал молча. Я его не винила: мой желудок судорожно сжимался каждые две минуты, и я боялась, как бы меня не стошнило.
Рейн тоже не приставала с разговорами, за что я была ей искренне благодарна. А еще она разрешила мне выбрать музыку для поездки. Я включила ремиксы Bon Iver[21], полчаса перечитывала свои эссе, а остаток пути пялилась в окно. Было в поездке по шоссе что-то успокаивающее.
Этот день должен был стать итогом всей моей школьной жизни.
Я узнала об Оксфорде и Кембридже в девять лет и сразу решила, что поступлю туда.
А куда еще стремиться, если каждый класс ты неизменно заканчиваешь с лучшими оценками?
Ради чего мне упускать такую возможность?
Это не помогает
– Святые иисуслики, – присвистнула Рейн, когда мы въехали в Кембридж. – Такое чувство, что его построили из икры.
Время близилось к полудню. Первое собеседование у меня было в два, у Дэниела – в половине третьего. Я боролась с подступающей панической атакой.
– Все такое коричневое, – продолжила делиться наблюдениями Рейн. – А не серое. Как будто декорации к фильму.
В Кембридже было красиво – по сравнению с серостью нашего города он казался ненастоящим. Река, текущая через Кембридж, словно сошла с экрана «Властелина колец», а наша напоминала ту, из которой вылавливают магазинные тележки и трупы.
Проплутав десять минут по улицам, мы наконец нашли, где припарковаться. Рейн сомневалась, что там можно оставлять машину, но решила не заморачиваться. Мне бы ее беспечность! Но водителем была она, так что я промолчала. Дэниел полностью ушел в себя и не обращал внимания на происходящее вокруг.
Некоторые колледжи Кембриджа напоминали дворцы. Конечно, я раньше видела их на фотографиях, но они не передавали и десятой доли этого великолепия.
Я словно попала в другой мир.
Но в этом мире тоже был «Старбакс», куда мы и направились.
– Ладно, по поводу коричневого беру свои слова назад, – объявила Рейн, едва мы сели. – За все время я не увидела на улице ни одного темнокожего.
Было заметно, что ей здесь не слишком комфортно. Откровенно говоря, Рейн со своей стрижкой, светло-голубой курткой-бомбером и кроссовками на платформе действительно плохо вписывалась в чопорный Кембридж.