Лора выбилась из сил, гнев ее потух, и она рухнула в траву, не заботясь о том, бежит ли за нею бык или целое стадо быков пронесется сейчас над ней. Но ей не удалось долго отдыхать. Руки, которые бесцеремонно подняли ее из травы, были жесткими и словно клещи впились в ее мягкие плечи, горячее дыхание, повеявшее ей в лицо, и эти руки принадлежали дону Рафаэлю.
— Вас следовало бы отхлестать за такие вещи! — выкрикнул он, тряся ее за плечи. — Чего вы хотели этим добиться?
Лора собрала всю свою отвагу и свирепо посмотрела на него.
— Я хотела, чтобы вы свалились с этого глупого животного, — выпалила она, наморщив нос. — А если бы я была мужчиной, я сама бы вас отхлестала!
— Ах так?
— Да, так! — Лора рванулась из его рук, но он ее так просто не отпустил.
— Если бы мой конь упал, он мог бы сломать ногу, — произнес он ледяным тоном.
— Если бы… если бы этот бык — о, Боже, где же он? — вдруг испугавшись, огляделась она.
— Городским жителям следовало бы знать разницу между быком и коровой! — мрачно заметил Рафаэль. — И всегда сдерживать свой характер. А то вы ведете себя, как истеричная школьница! Я понимаю, что вы имели в виду, говоря, что стали более зрелой!
Лора распрямила плечи.
— Вы хотите сказать, что это была корова?
— Именно так! Какой у вас высокий интеллект, сеньорита! — насмешливо произнес он.
— Но вы заставили меня поверить, что это был бык! — сердито заявила Лора.
— Я? Каким это образом?
Лора прикусила губу, с трудом собираясь с мыслями. Конечно же, он не говорил ей ничего подобного. Это было только сочетание обстоятельств, из-за которых у нее сложилось неверное впечатление.
— Вы… вы чудовище! — учащенно дыша, выкрикнула она. — Вы точно знали, что я могла подумать. И не пытайтесь это отрицать!
Дон Рафаэль невесело пожал широкими плечами.
— Может быть, это послужит вам полезным уроком, — холодно произнес он.
Лора сжала кулачки так, что ногти впились в ладони.
— О да, это будет мне уроком, — энергично ответила она. — И не только в отношении быков, дон Рафаэль!
Сказав это, Лора отвернулась от него и не спеша направилась в сторону дома, на ходу поправляя прическу, хотя ей на самом деле хотелось броситься туда со всех ног. Она заметно дрожала, а гнев ее быстро рассеивался, сменяясь чувством стыда и подавленности. Что ни говори, она выставила себя абсолютной дурой, и вдобавок ни за что ни про что напала на него. Ей следовало бы знать, что он никогда не смог бы вежливо оставить ее наедине с рогами дикого быка, а теперь… Она вздохнула. Он, кажется, совершенно презирает ее, и то, что он пять лет назад бросил ее, не казалось ей теперь таким безумным поступком. Но что было еще более безумным — это то, что она испытала удовольствие от жестокой силы его рук!
Вернувшись в дом, она побежала в свою ванную и умыла лицо, чтобы как-то прийти в себя. Глаза, которые смотрели на нее из зеркала, были обиженные и широко открытые, и она сердито потрясла головой, пытаясь думать о другом. Решив не вступать в противоречие с окружающими, она решила не появляться в платьях, более подходящих для отпускницы, нежели для гувернантки. И переоделась в облегающее платье из хлопка, вышитое белым бисером. Строгость его стиля соответствовала ее настроению, а волосы она заплела и скромно обвязала вокруг головы. Так, во всяком случае, она нравилась себе больше.
Прибудет ли сегодня Розетта Бургос? — подумала она. Определенно, это была персона, с которой Лоре вовсе не хотелось видеться. И без нее здесь было достаточно антагонизма.
Одевшись, она спустилась в кухню и застала там женщину, которая вчера готовила обед. Она с любопытством посмотрела на Лору и сказала:
— Да, сеньорита?
Лора обратилась к ней по-английски, потому что ее испанский был весьма далек от совершенства.
— Вчера вечером дон Рафаэль объяснил мне, что я буду обедать вместе с семьей, но ничего не сказал о других случаях. Вы не знаете, должна ли я завтракать вместе с Карлосом в детской?
Женщина посмотрела на нее без всякого выражения, а затем с улыбкой сказала:
— Насе un dia preciosa, senorita.[8]
Лоре было ясно, что женщина ни слова не поняла из сказанного ею. По-видимому, она решила, что они обсуждают достоинства погоды. Решив снова попытать счастья, Лора спросила.
— Э… dande esta… Carlos?[9]
Это вызвало водопад испанских слов, произнесенных чрезвычайно быстро и с лучезарной улыбкой, а Лора прикусила губу и вздохнула, подумав, сможет ли она сама, без сопровождения, проделать путь до детской.