— В эт-т-том?!
— Ну да. Ничего сложного. Всего лишь подойти к ней и…
— Подойти?! — вскричал я, отшатнувшись от него, как от сумасшедшего. — Ты спятил?
— Тише! Тебе ничего не угрожает. Огонь-то ненастоящий.
Ага, так я и поверил! Огонь ненастоящий, а Хитэёми-но Кайдомару — женщина!
— Бред! Ненастоящий… Да ты погляди, столбы едва держатся, до того обуглились!
— Вот в том-то и беда. Если они упадут, птица покинет город. Тогда, боюсь, нам с тобой и жизни не хватит, чтобы её поймать.
— Поймать? Ещё чего! Это же… огонь, как его можно поймать?
— Вовсе нет, — вздохнул Ю, словно пытаясь втолковать мне очевидное. — Я же сказал, не обращай внимания на пламя. Это… внешнее. Тебе только кажется, что ворота горят. А на самом деле…
— …они пылают, — язвительно вставил я.
— Этот огонь — лишь видимость, невежа! — мой собеседник вышел из себя. — Видимость, понимаешь? Поэтому никто, кроме нас, и не прибежал. Думаешь, начнись здесь настоящий пожар, не собралась бы толпа зевак, в любое время дня и ночи?
А ведь он прав… Куда смотрит стража? И дом привратника должен быть где-то поблизости.
— Но… почему же я вижу огонь… и эту птицу? — последний довод моего упирающегося разума. — Я заметил дым с порога твоего дома!
— А ты себя не сравнивай с остальными. Не тяни время, умоляю!
Ничего себе утверждение! И что же во мне такого необычного? Это после происшествия в Пустом Сне? Ну, поспал немного, с кем не бывает… Разве после этого я сделался великим онмёдзи[23] вроде тех, о ком слагают легенды? Ну и чепуха!
С другой стороны, чего ни случается на свете. Ведь я вижу её, вижу! Вот она, птица Хоо, покровитель правящего клана и моей семьи, в том числе. С детства слушал дедушкины сказки и думал: а если однажды?.. Ведь все мы верим, что чудо когда-нибудь случится и с нами. А если именно сейчас я стою на пороге мечты? Мальчишеской, наивной, забытой и втиснутой в дальний угол повзрослевшего разума, будто ненужная игрушка — в чулан. Дитя выросло, но у кого поднимется рука выкинуть былую его отраду? Вот так и я…
Нет, нет, приди в себя, дуралей! Не позволяй пользоваться собой, как…
— Кай! Я ведь могу тебя так называть? — не дожидаясь согласия, юмеми схватил меня за локоть, разжал стиснутый в страхе кулак и сунул в него что-то маленькое и твёрдое. Вроде пряжки или заколки. — Пожалуйста! Ворота, того и гляди, обрушатся! Она слишком сильная.
Утешил… Впрочем, не могу же я стоять и смотреть? Как тогда, в Оваре…
— Повтори, что от меня требуется, — попросил я, в глубине души потрясённый собственным спокойным голосом. — И… что будешь делать ты?
— Спать, — отрезал Ю. — Чем ещё может заниматься юмеми? Переговоры с птицей я беру на себя, тебе надо лишь подобраться поближе, встать перед воротами…
— И быть ими задавленным… — пробормотал я.
— …и расстегнуть заколку! А потом, конечно, застегнуть её, иначе птица снова вырвется на свободу. И поскорее вернуться ко мне.
— Э… я буду знать, когда расстёгивать?
— Будешь, — прошипел юмеми и пихнул меня в сторону горящей арки. Я почувствовал себя круглым дураком. Ладно, если это действительно так, хотя бы потомкам не будет стыдно. По причине их отсутствия.
Арка полыхала. Птица Хоо, заметив мое приближение, изогнулась всем своим змееподобным телом и издала угрожающий крик. Мой хороший друг, Татибана-но Ясумаса, как-то раз взял два наших тати[24] и принялся скрежетать одним клинком о другой, изображая некую мелодию. Он сильно тогда перебрал. Так вот, музицирования Ясу меркли по сравнению с этим воплем! Неужели никто в округе не слышит?
Ну и жар! Ещё немного, и до самих ворот не дойду, спекусь на полпути. А от дыма вообще можно задохнуться. Видимость? Да уж, конечно!
А что, если ханец задумал избавиться от меня? Вернуться, пока не поздно?
Однако подгибающиеся ноги сделали ещё пару шагов. Рядом со мной ударила белая ветвистая молния, и я, не успев зажмуриться, упал на колени, ослепший и оглохший. Всё, хватит! Она меня не подпускает!
Если бы не растерянность, повернул бы назад, это точно! Но удар молнии полностью лишил меня чувства направления, зрения, слуха… Я как будто вернулся в Пустой Сон.
— Прекрати! — заорал я, не услышав собственного крика. — Успокойся!
Судя по дрожи земной поверхности, к которой я припал животом, за первой молнией последовала вторая. Горячий пепел посыпался прямо на голову, обжёг шею. Ой-ой-ой! Это вам не татами заклинать.
— Пожалуйста! Ты ж хорошая птичка? — Вот за такие слова она точно не промахнётся! Обращаюсь к Хоо, словно к дядюшкиному роскошному любимчику, обладающему подлой привычкой клевать всех, кто приблизится. — Будь смирной птицей, хорошо? Я не желаю тебе зла. Напротив, пытаюсь помочь!
23
Онмёдзи — мастера Сил, особого волшебства Империи Островов. Помимо магии Начал, онмёдзи наделены даром предвидения, способны воздействовать на чужое сознание, общаться с животными и ёкай, одушевлять предметы, проклинать, снимать чары…
24
Тати — односторонний слегка изогнутый меч, основное боевое оружие описываемого времени.