— Превосходные попутчики! — сказал Мартин. — По правде говоря, я никогда не встречал такой приятной компании. По-моему, они от души веселятся!
Кондуктор пожал плечами.
— Боюсь, они не будут так веселы, когда мы войдем в Потусторонний подземный вокзал. — Он протянул руку в третий раз. — Так вот, прежде чем сесть, будьте любезны отдать мне часы. Договор есть договор…
Мартин улыбнулся.
— Договор есть договор, — повторил он. — Я согласился ехать в вашем поезде, если до этого смогу остановить время, когда найду минуту полного счастья. Мне кажется, что здесь я могу быть счастлив как никогда.
Мартин медленно взялся за головку завода своих серебряных часов.
— Не смейте! — с трудом выдохнул кондуктор. — Не смейте!
Но Мартин уже повернул головку.
— Вы понимаете, что натворили? — заорал кондуктор. — Теперь мы никогда не доберемся до Вокзала! Мы будем ехать и ехать — вечно!
Мартин усмехнулся.
— Знаю, — сказал он. — Но вся радость — в самой поездке, а не в том, чтобы добраться до цели. Вы сами меня так учили. Я предвижу чудесную поездку. И послушайте, я, пожалуй, даже мог бы помочь вам в работе. Найдите мне какую-нибудь форменную фуражку и оставьте часы у меня.
На этом они в конце концов и поладили. Мартин надел фуражку железнодорожника, спрятал в карман свои старые, потертые серебряные часы, и нет на всем свете, да и не будет на том человека счастливее Мартина. Мартина, нового тормозного на поезда в ад.
Перевод: Даниил Горфинкель
Вечерняя школа
Robert Bloch. "Night School", 1959
Вы всегда можете отыскать их на маленьких глухих улочках больших городов, а, отыскав, невольно зададитесь вопросом, каким образом их владельцам удается сводить концы с концами.
Как правило, они располагаются на первом этаже здания, зачастую — в полуподвале, над входом в который обычно красуется исполненная корявыми буквами вывеска: «ПОДЕРЖАННЫЕ КНИГИ», а рядом нередко имеется одно-единственное слабо освещенное окно. Стеллажи с книгами почти всегда начинаются прямо от дверей; где-нибудь на них окажется табличка с небрежной надписью: «ЛЮБАЯ КНИГА НА ВАШ ВЫБОР — 10 центов».
Никто и никогда не покупает их даже и за пять центов, точно так же никому и никогда не приходит в голову платить за другие более серьезные книги, которые наверняка можно обнаружить в глубине магазинчика. Допустим, что настоящих библиофилов владелец лавки обслуживает из-под прилавка — студенты, ревностно изучающие географию, могут отыскать там «Тропик Рака» Генри Миллера, а чей-то острый нюх сможет распознать пикантный аромат «Благоухающего сада»[141] — однако, даже и в этом случае нельзя не заметить, что торговля идет довольно вяло.
Вот в такой магазинчик однажды ранним вечером и заглянул один молодой человек. Звали его Авель, и не было в его внешности ничего примечательного, если не считать некоторой вороватости, с которой он поспешно спустился по ступенькам лестницы и скрылся во мраке полуподвала.
Войдя в помещение, он нахмурился, словно обескураженный представшим перед ним зрелищем. Впрочем, его мог смутить банальный, даже затрапезный интерьер. Когда же из-за пыльного прилавка вышел хозяин магазинчика, на лице молодого Авеля появилось такое выражение, будто он хотел сказать: «Извините, я, видимо, ошибся дверью».
Хозяин оказался вполне магазинчику под стать. Он походил на зачитанную и захватанную книгу, которую поставили на полку, чтобы там она продолжала — уже невостребованная никем — годами собирать пыль. Он был невысокого роста и к тому же сутулый, что вполне соответствовало его возрасту; редкие волосы и обвислые усы имели неопределенный оттенок, прикрытые очками глаза напоминали кусочки белесого мрамора, а голос, когда он заговорил, с трудом сходил за выразительное бормотание.
— Чем могу быть полезен?
Молодой мистер Авель явно пребывал в нерешительности. Он снова нахмурился, словно гадая, что выбрать: то ли спросить экземпляр «Голого завтрака»[142] и услышать стандартный ответ вроде «Посмотрите сами на полке», то ли попросту повернуться и выйти вон.
Однако за мрачностью его вида крылось нечто большее, нежели растерянность и удивление, так что, преодолев минутное замешательство, он набрался смелости и твердым голосом проговорил:
— Мне нужны инструкции. Я прохожу специальный курс обучения и мне требуются соответствующие пособия.