— Ну, профессиональное вознаграждение за все эти раскопки. В любом случае, ты должен мне около трех баксов.
— Заткнись! — кричит Черная Борода. — Тащи это на корабль, и мы отчалим. Поторопитесь, или мы оставим вас на этом острове.
— Лучше делай, как он говорит, — советует мне капитан Риверс.
Так, по одному, я перетаскиваю ящики обратно к лодке. Я поднимаю их на старом тросе, обвязав веревкой. Проходит пара часов, и к концу этого времени я становлюсь таким же вялым, как вчерашние бумажные салфетки. В самом деле, когда все они снова в безопасности на борту я едва могу поднять голову, не говоря уже о якоре. Это то, что я хочу сделать, не говоря уже о якоре, но три пирата заставляют меня вытащить его. Я не смею ослушаться. Они стоят там — капитан Кидд с длинными волосами, толстым лицом и маленькими блестящими черными глазками; Стед Боннет с лицом, как у старой мумии, и длинными крысиными зубами; здоровяк Черная Борода с красными глазами, сверкающими сквозь мохнатые джунгли — и я очень несчастен из-за всего этого.
Так как они находят сокровище, все трое пребывают в приподнятом настроении.
— Я смеюсь каждый раз, когда думаю об этом, — говорит капитан Кидд, когда мы снова тронулись в путь. — Наш друг внизу сбрендит, когда мы не появимся с сокровищем, как обещано.
— Отличная шутка, — соглашается Стед Боннет. — Да и зачем ему сокровища?
— Мы развернемся как следует, — ухмыляется Черная Борода. — Земля и ром. Мы будем купаться в этом. И когда мы разберемся с этой добычей, мы начнем искать больше сокровищ.
Он идет туда, где рулит штурвалом старик Риверс.
— Больше скорости, — настаивает он. — Эти новомодные паровые машины на лодках не идут ни в какое сравнение с нашими парусниками.
— Взять мой последний корабль, — говорит Кидд. — Что за судно. Я не ступал на корабль больше двухсот лет. Ах…
— О! — выдаю я.
Потому что я вижу что-то в воде впереди по левому борту. Оно длинное, серое и заостренное. Оно поднимается из воды очень быстро. Один взгляд, и я узнаю его. Два взгляда — и я вижу сбоку свастику.
— Смотрите! — кричу я. — Немецкая подводная лодка!
Это не что иное, как… Одна из подводных лодок с Атлантического побережья.
— Подводная лодка? Что такое подводная лодка? — спрашивает капитан Кидд.
— Сейчас не время для технических подробностей, — выдыхаю я.
— Они собираются потопить нас.
— Потопить мое сокровище? Черт бы побрал их глаза, пусть попробуют! — рычит капитан Кидд.
— Но у них есть пулеметы, торпеды и…
— Что это такое? — спрашивает Стед Боннет.
— Сейчас узнаете, — дрожу я.
— Давай, — скрежещет Черная Борода.
Старик Риверс перестает рулить.
— Я собираюсь выключить двигатели, — говорит он мне. — Они нас точно засекли. Мы не можем бежать. Лучше заглушить двигатель и сдаться, когда они подойдут.
— Сдаться? Никогда! — кричит Черная Борода.
Но когда подводная лодка подходит ближе, три призрачных пирата видят смертоносный металлический нос и корпус, орудийные башни на палубе. Они начинают понимать, на что способны современные пираты.
— Давайте спустимся вниз, — внезапно предлагает капитан Кидд. — Мне это не нравится.
Они бегут в каюту плавучего дома. Старик Риверс возвращается и присоединяется ко мне.
— Что же нам теперь делать? — спрашиваю я.
Он качает головой и смотрит на серые борта приближающейся подлодки. Вода стекает с палубы, и она так близко, что мы можем видеть капли, падающие вниз.
— Что мы можем сделать? — шепчет старик Риверс. — Плавучий дом не может сражаться с немецкой подводной лодкой. Скорее всего, они поднимутся на борт, обыщут нас, найдут сокровища и потопят.
— Но мы же утонем! — кричу я.
— Неужели ты хочешь сказать, что не готов был утопиться вчера? — огрызается старик Риверс.
— Да, но я передумал.
— Ну, тогда поменяй мнение обратно. Судя по виду этого тампона, оба мы достаточно скоро почувствуем вкус соленой воды, и я не имею в виду ириски.
«Тампон», на который он ссылается, — это парень, который теперь выходит на палубу подводной лодки. Это большой немецкий бульдог в офицерской форме. Он достаточно близко, чтобы докричаться до нас.
— Сдавайтесь во имя Третьего Рейха! — кричит он, — или мы будем вашу лодку gesunk[37]!
— Мы уже gesunk, — шепчу я.
— Больше делать нечего, — ворчит старик Риверс. — Мы сдаемся, — кричит он командиру подводной лодки.
— Приготовьтесь, и мы поднимемся на борт, — рявкает колбаса в форме.