— В чем дело? Все еще застрял на мемуарах Джори?
Я спросил:
— Ты про часть об отношении лунного цветка к антропоморфизму?
— Нет, дело не в этом, — ответил мистер Маргейт. Он провел рукой по щетинистым седым волосам. — Речь о капитане Холлисе и Дэйве. Они опаздывают почти на две недели. Ни слова, ни телеграммы.
— Это война, — утешил я его.
— Возможно. Но они выполняют опасное поручение.
Маргейт уже не в первый раз говорил мне об этом. Он постоянно намекал, но никогда не раскрывал суть их миссии.
— Я бы хотел знать больше, — сказал я. — Может быть, я могу помочь.
— Тут ничем не поможешь, — ответил он. — Может быть, я просто дурак, что все это спланировал. Что хорошего будет, если они добьются успеха? Я не могу видеть или слышать самое важное.
Приходится делать записи из вторых рук.
Я никак не мог понять, в чем тут дело.
— На случай, если они все-таки вернутся, — продолжал Маргейт, — я попрошу тебя очистить заднюю комнату в подвале. Я приказал покрыть дверь листовым металлом. Он довольно звуконепроницаемый. Просто убери старую мебель и оставь место пустым. Думаю, нам не понадобится пища или что-то подобное.
Он вздохнул.
— Но команда надежна, Холлис и раньше пользовался этими людьми. У них есть свои инструкции, но Холлис, конечно же, должен сам произвести захват. Опасное дело. Ну что ж, придется подождать и посмотреть. Вернее, ждать и не смотреть.
Любопытство грызло меня изнутри. Я открыл было рот, но Маргейт встал и прервал меня.
— Я только что вспомнил — ты не кузнец?
— Нет, это не так.
Его лицо вытянулось.
— Очень плохо. Вот что я забыл, когда перечислял нужные требования к работнику.
— В чем дело?
— Это Гериманкс. Его нужно подковать.
— О.
— Разве он не говорил, что у него болят копыта?
— Если подумать, вчера он сказал мне что-то в этом роде. Я предположил, что это была просто незначительная жалоба.
— Нет, ему очень нужны подковы. И он хотел бы сделать маникюр, я полагаю. — Маргейт вздохнул. — Я скажу тебе, что ты должен сделать. Возьми небольшой грузовик, отправляйся в город и найди там кузнеца. У меня есть адрес. Я сам ездил к нему по ночам. Тебе лучше отправляться. Я хочу остаться здесь на случай, если появится Капитан Холлис.
— То есть я должен загрузить кентавра в кузов грузовика и отвезти его в кузницу?
— Верно. Я хорошо заплатил этому парню. В наши дни дела в кузнице идут так, что он держит рот на замке.
— А как насчет путешествия по дороге?
— О, если ты возьмешь крытый грузовик, не будет никаких проблем. На дороге не такое интенсивное движение.
— Ладно.
— Тебе лучше приступать. — Маргейт записал адрес и дал мне немного денег. — Будь осторожен, — предупредил он меня, — и следи за Гериманксом. Он становится диким, когда выходит на свободу.
Он слишком дружелюбный и амбициозный, держи его подальше от неприятностей, а когда закончите, тут же вези его обратно. Что бы ты ни делал, не позволяй ему попасть в таверну Друпи по соседству. Он любит виноград. Мы поймали его таким образом, когда он был пьян.
Я поспешил вниз по тропинке. Трина окликнула меня из бассейна.
— Идешь купаться, дорогой?
— Не могу, надо спешить в город. — Я остановился и поцеловал ее. — Еще увидимся.
Она дерзко махнула мне хвостом и отвернулась. Гериманкс стоял у дверей конюшни.
— Маргейт говорит, что ты отвезешь меня на педикюр, — поприветствовал он меня.
— Вот именно.
— Тебе нужно седло?
— Нет. Ты приедешь на грузовике. И никаких выкрутасов, — предупредил я.
Лицо кентавра вытянулось.
— Это очень плохо. Я подумал, что мы могли бы немного прогуляться по парку, прежде чем отправимся к кузнецу.
— Не могу позволить себе привлекать к тебе внимание.
— Ну ладно, — надулся Гериманкс. — Давай свой грузовик.
Я выкатил его из гаража. Грузовик оказался небольшой, но крытый, способный полностью скрыть из виду удивительное тело Гериманкса. Над перилами виднелась только его взъерошенная голова.
— Успокойся, — крикнул он.
Я отнесся к этому спокойно. Каждый раз, когда мы проезжали мимо машины на шоссе, я замедлялся и делал все возможное, чтобы не трясти своего странного пассажира. Было почти время обеда, когда мы подъехали к старой кирпичной кузнице на окраине города. Я подогнал грузовик к двери и вошел внутрь.
Кузнец, которого по самому удачному стечению обстоятельств звали Смит[50] подошел к двери. Это был широкоплечий мужчина с лысой головой и румяным лицом.