Керликс сказал, что тот момент, когда они с Шепардом оказались в ловушке этого поля внепространственного эфира, изменил их обоих. Это облако частиц сделала атомную структуру Шепарда прозрачной, позволяя ему проходить сквозь твёрдые предметы.
— А что оно сделало с вами?
— Оно меня ослепило.
И Керликс продолжил рассказ. Он поведал мне, что мы можем различать цвета и тому подобное, потому что наши глаза имеют светочувствительные рецепторы — палочки и колбочки — крошечные клетки, выстилающие заднюю часть сетчатки.
— У меня их больше нет, — сказал он. — Зато у меня появилось нечто иное.
Он был совершенно слеп почти два месяца. Брауновский университет привлек к работе самых лучших офтальмологов, когда они поняли, с чем имеют дело, и какие изменения претерпел Керликс.
— Мои палочки и колбочки начали мутировать почти сразу же; они стали чужеродными субстанциями, примерно похожими на веретенообразные клетки и нервные ганглии, — сказал он. — Специалисты, которых привезло руководство, сделали все, что могли. Они даже пытались проводить профилактические операции — лазеро- и криокоагуляцию — но это не помогло. Пока они пытались избавить от моих нововозникших рецепторных клеток, их стало только в разы больше.
— И что вы сделали?
— Я взял отпуск; мне нужно было уехать подальше от этих докторов. Я знал, чего они хотят. Они хотели, чтобы я лежал на столе, чтобы они могли поместить мои новые клетки под микроскоп. На их месте я бы хотел того же самого.
Он отпил немного вина, поморщился и решил, что лучше закурить сигарету.
— Да, мне пришлось уехать, пока они не узнали. Пока не узнали, я снова мог видеть, потому что то, что я увидел… Господь милосердный…
— Что вы увидели?
Сам я не курил, но сейчас не отказался бы от сигаретки. Но вместо этого сделал глоток вина.
Солнечные очки снова впились в меня, и я знал, что Керликс может видеть меня, но мне было интересно, видит ли он только моё тело.
— Я увидел город, — произнёс мужчина.
— Какой город? — мне вдруг стало страшно спрашивать.
Керликс выпустил дым из ноздрей.
— Я думаю, тот самый город, о котором безумный араб Абдул Альхазред писал в "Некрономиконе".
Я никогда не слышал об этом человеке или об этой книге, поэтому Керликс просветил меня. Некоторые говорили, что Альхазред был в некотором роде мистиком и колдуном и был известен как "безумный поэт из Дамаска". Некрономикон, или Книга Мертвых Имен, или Аль-Азиф, был печально известной, богохульной книгой. Один из тех томов, что были запрещены Римом и преданы огню во времена гонений на ведьм. Это была "адская книга”, "книга ведьм", наполненная формулами и ритуалами для вызова демонов из другой вселенной. В ней также были записаны исследования Альхазреда по некоторым темным и безымянным тематикам, его собранные знания о культах, восходящих к древности, которые якобы поклонялись сущностям и существам из-за пределов этого мира, и их попытки призвать их. Интересно отметить, что Альхазред умер в 738 году нашей эры — предположительно съеден невидимым чудовищем на дамасском рынке.
Керликс рассказал мне, что в Британском музее есть латинский перевод "Некрономикона" XV века, а также издания XVII века в библиотеке Вайднера и Мискатоникском университете в Аркеме… Последнее меня не очень-то удивило. Эта старая дыра с легендами о ведьмах и языческими суевериями была источником не одной истории для моего "Обозревателя"… конечно, мы меняли название города.
У Керликса был друг, который отвечал за специальные коллекции в Мискатонике (вещи, которые для обычной публики не выставлялись) — парень, с которым он ходил в школу. Этот ученый — имя вычеркнуто — однажды признался Керликсу в ужасных тайнах, которые он выудил из этой книги. Когда Керликс впервые сам увидел этот город, он вспомнил, как его друг рассказывал о паломничестве Альхазреда к неким заброшенным и призрачным руинам в пустыне. Во время одного из ритуалов Альхазред принял какой-то наркотик и во всех подробностях увидел во сне город в другом измерении. Керликс связался со своим другом и смог мельком взглянуть на копию перевода страшной книги Олауса Вормиуса[28] 1228 года. Она была не из Мискатоника, а из библиотеки пожилого фольклориста-затворника в Провиденсе, который утверждал, что у него есть много таких книг, а также неопубликованные рассказы и письма некоего автора и антиквара из Провиденса, который умер при подозрительных обстоятельствах в 1937 году… хотя официальная версия рассказывала совсем другую историю.
28
Оле Ворм (латинизированный вариант — Олаус Вормиус) — датский медик, коллекционер, натуралист. Известен исследованиями по описательной анатомии и эмбриологии. Всемирную известность получила его естественно-историческая коллекция, описанная в «Истории редкостей Вормиева музея». Говард Лавкрафт в своих произведениях ошибочно поместил Ворма в XIII век и приписал ему перевод с греческого на латинский язык вымышленной книги — Некрономикона.