Она отбросила мокрую спутанную гриву волос.
Затем оторвала у Джойс правую руку и колотила ею Даррена, пока та не развалилась на части. Ей пришлось сделать паузу и перевести дыхание, прежде чем вырвать левую руку из сустава.
Она била ею по превратившемуся в месиво лицу Даррена.
Рука продержалась недолго.
Оторвать у Джойс ноги оказалось непросто. Но она справилась. Ради такого дела не грех и потрудиться.
Перевод: Александр Смушкевич
Палочник
Richard Laymon. "Stickman", 1993
Мы ехали по сорокамильному[32] асфальтированному участку дороги через кукурузные поля после просмотра двойного сеанса кровавых ужастиков в автокинотеатре в Дарнелле, окружном центре. Нас было четверо в старом кабриолете Джо.
За рулем, конечно же, был Джо Йокум. Рядом с ним сидела Болтушка Сью Миллер. Развалившись в кресле с банкой пива "Хэммс" в руке, она закинула ноги на приборную панель. Её волосы развевались на горячем ветру.
Я сидел на заднем сиденье рядом с Дженнифер Стайлс.
Она была двоюродной сестрой Болтушки Сью из Лос-Анджелеса. Пару раз снималась в какой-то рекламе для телика, и считала себя обалдеть какой горячей штучкой. Слишком горячей для таких, как я. Я не пробыл с ней в машине и двух минут, а уже пожалел, что не остался дома. Затем мы, наконец, припарковались в кинотеатре, и Джо еще не успел закрепить колонку на своем окне, как она зыркнула на меня прищуренными глазами и сказала:
— Ты просто держись своей стороны машины, Спад, и у нас всё будет в порядке.
Во-первых, меня зовут Дуэйн, а не Спад. Во-вторых, я не нуждался ни в каких предупреждениях.
Во время этого очень продолжительного двойного сеанса Джо и Болтушка Сью развлекались на переднем сиденье, а я застрял сзади с Дженнифер Великолепной.
Я даже не мог толком наслаждаться фильмами. Вся эта возня на переднем сиденье меня не слишком беспокоила, разве что напоминала о том, чего я лишился. Всерьёз меня выводило другое — я ведь сидел рядом со сногсшибательной красоткой, а она смотрела на меня как на груду мусора. И почти каждый раз, когда мне удавалось выкинуть её из головы и погрузиться в происходящее на экране, она испускала долгий, усталый вздох.
Она явно умирала от скуки и хотела, чтобы мы это знали. Влюбленные, конечно, были не в состоянии это заметить. Но от меня это не ускользнуло.
Только однажды, ближе к концу второго фильма, я посмотрел на нее, когда она издала один из этих вздохов.
— Чего тебе? — спросила она недовольно.
Я несколько раз, принюхиваясь, втянул носом воздух.
— Это духи "Obsession", сладенькая? Или ты подпустила?
— А не пошёл бы ты нах, тракторист?
После этого я решил больше ничего ей не говорить. Наконец, фильмы закончились. Я, конечно, был не в восторге от долгой дороги домой, но Джо притормозил сразу за знаком "Городская черта". Он обошел машину сзади, открыл багажник и вернулся с холодной упаковкой из шести банок пива.
— Вы не будете пить, пока я в машине, — запротестовала Дженнифер.
— До дома путь неблизкий, милая, — сказал ей Джо.
— Не "милкай" мне.
— Ну же, расслабься, — сказала Болтушка Сью.
— Это скорее не помешает всем нам, — заметил я.
— Боже мой, — протянула Дженнифер, когда мы открыли банки.
Я пожалел, что Джо не достал пиво еще в кинотеатре. Тогда всё было бы намного проще. Но нам было всего по шестнадцать, мы сидели в машине с откидным верхом, и он, вероятно, решил, что не стоит рисковать светиться с выпивкой. В любом случае, хорошо, что он предложил это теперь.
Дженнифер снова начала вздыхать, но придала вздохам другой оттенок, теперь они звучали раздраженно, а не скучающе.
И в этом она была действительно хороша.
Пока она занимала себя этой дыхательной гимнастикой, мы налегали на пиво, а Джо продолжил мчать нас через поля по сорокамильной асфальтированной дороге. Первая банка пива была обалденной на вкус. Вторая показалась еще лучше. Выпив половину, я поставил её на колено и откинулся на спинку сиденья. Меня овевал горячий ветер. Я вдыхал свежий, сладкий воздух кукурузных полей. Над головой расстилалось небо, усыпанное звездами. Полная луна делала ночь такой светлой, что можно было без труда прочесть этикетку на пивной банке.
Она сидела, сгорбившись, упираясь коленями в дверь, и облокотившись на неё одной рукой, а другую положив себе на колени. Может, она села так, чтобы насладиться видом кукурузы, но я решил, что цель там другая — показать мне спину.