— Я считаю, что доктора омерзительны, — решительно заявила Поузи.
В четыре часа Кип вернулся с трассы, проверил, как там Гарри, дремавший под наблюдением сердитой Тамары, и снова пустился в тягостный путь на автобусе до Мутье, тщетно понадеявшись, что английские брат и сестра предложат ему поехать с ними. Он постеснялся напомнить им, что и за ним тоже посылали, а за обедом они к нему не подошли. Они сидели вдвоем за столиком у окна, и казалось, что им нечего особенно сказать друг другу, хотя иногда, Кип видел, один из них делал какой-то жест или качал головой в порыве воодушевления. Но ни разу, насколько мог заметить Кип, они не посмотрели ни на него, ни даже на своего сводного брата Гарри.
Глава 10
Собрание решено было провести в кабинете доктора Ламма, и доктор должен был вот-вот подойти — его, вероятно, задержали. Кабинет доктора представлял собой маленькую комнатку без окон, расположенную за постом дежурной медсестры. Туда принесли дополнительные стулья. В комнате находились брат и сестра Венны, еще один мужчина, которого Кип никогда не видел, — войдя, он аккуратно сложил подкладкой наружу и повесил на спинку стула пальто «Барберри», и человек в зеленой униформе больницы. Доктор снял белый халат, и от этого казалось, что ему не терпится попасть домой, но его тон оставался мрачно неторопливым и исполненным достоинства. Поузи и Руперт сели, едва кивнув остальным, и, не глядя друг на друга и не отрываясь, стали смотреть на врача. В комнате было тепло.
— Если можно, месье, представьтесь, пожалуйста, — по-французски попросил доктор владельца «Барберри».
— Я Жак Деламер из Сен-Грона, помощник месье Венна по бизнесу. Кажется, вы говорите «управляющий». Я управляю виноградником и всеми его делами в целом. Кроме того, я считаю его своим близким другом. Я прочитал сообщение в утренней journal[35] и сразу же позвонил в отель. Мне сообщили печальные подробности, и я немедленно сел в машину и помчался сюда. Voilà[36]. Мы находимся всего в двух часах езды к югу.
Доктор кивнул и без предисловий приступил к делу, перейдя на английский язык.
— Я должен повторить то, что вы уже знаете. Мы не удовлетворены состоянием месье Венна, месье Венн не пришел в себя. — Он повторил то же самое по-французски, вероятно, специально для незнакомца. — Его отогрели до нормальной температуры тела, но он по-прежнему нуждается в сильных препаратах для поддержания артериального давления и сердечного ритма. Ни то, ни другое не восстановилось до необходимого уровня, и, что самое худшее, не восстановилась его мозговая деятельность. Совсем. В сущности, по мере того как тело отогревали, положение ухудшалось. Нет никаких признаков восстановления функции мозга, а они бы уже должны были появиться. Откровенно говоря, мы не надеемся, что он придет в себя. Вот так обстоит дело, вы должны готовиться к худшему.
Доктор говорил напрямик, хотя и пытался придать голосу сочувствие.
— Не придет в себя? — воскликнули Поузи и Руперт.
Поузи не доверяла сочувствующему тону доктора, его беспокойству, своим собственным медицинским познаниям. И что же они слышат?
— У нас значительный опыт в области подобных травм, но чтобы убедиться окончательно, мы подождем еще двадцать четыре часа, прежде чем давать какой-либо прогноз.
— Но он прекрасно дышит! — упорствовала Поузи.
— Как вы знаете, его жизнь поддерживается с помощью respirateur[37]. Аппарат для искусственного дыхания закачивает в его легкие воздух и выкачивает обратно, поэтому создается впечатление, что он дышит. Его сердце само не может обеспечить артериальное давление и потому не может биться, а легкие не могут дышать без помощи аппаратуры. В подобном случае единственное, что приходится делать в конечном итоге, — это отключить пациента от аппаратов, искусственно поддерживающих его жизнь. Мы всегда принимаем это решение с тяжелым сердцем, это делается в тех случаях, когда мы уверены, что по медицинским показателям это решение верное. Но очень важно, чтобы вы подготовились к такой ситуации и, что более важно, чтобы поняли и приняли наше решение, если мы придем к выводу, что надежды нет.
Поузи подумала, что отчасти она была готова к такому заявлению врача, но также она была готова и ему сопротивляться. В мире медицины существовало множество историй о чудесных исцелениях и удивительных случаях. Поузи взглянула на Руперта. Она поняла, что брат тоже настроен протестовать против пессимистичных выводов доктора, но, вероятно, полагает, что языковые нюансы ускользнут от него и не дадут выразить недоверие к последним утверждениям.