Глава 11
Управляющий делами отца, месье Деламер, позвонил в номер Руперта незадолго до обеда и сказал, что хотел бы перемолвиться словом с ним и его сестрой. Деламер пояснил, что он остановился в другом отеле по соседству, но обедать придет в знаменитый ресторан отеля «Круа-Сен-Бернар», что он с удовольствием бы с ними встретился там, где им будет удобнее, может быть, в одном из номеров, его или мисс Венн. Скорее всего бар для этого не подойдет.
Руперт согласился и предложил встретиться у него. Поузи была страшной неряхой и повсюду разбрасывала свою одежду. Руперту было необходимо выяснить, что за отношения у отца с этим французом. В Лондоне у отца имелся мистер Осуорси, который являлся его адвокатом в течение тридцати лет, но поскольку отец все больше и больше времени проводил в своем французском château[39], где располагалось издательство «Икарус Пресс», казалось вполне разумным, что он обратился к местному французскому специалисту, чтобы тот вел его дела во Франции. Действительно, позвонила ли Пам мистеру Осуорси? И если так, то кого в таком случае они должны слушать, если адвокаты будут давать противоречащие друг другу советы? У Руперта были кое-какие сомнения, но сам себе он признавался, что Деламер, поскольку он жил во Франции, вероятно, более осведомлен о делах отца в последнее время.
Поузи появилась заранее. Она оделась слишком эффектно для обеда, в платье с глубоким вырезом. Присев на кровать Руперта, она спросила:
— Ты не возражаешь, если я закурю?
— Лучше не надо.
Поузи фыркнула: благонравие Руперта являлось одним из поводов для стычек между ними. Руперт бросил сердитый взгляд на ее декольте.
Господин Деламер вежливо постучал в дверь и проскользнул внутрь так, словно нес контрабанду через границу. На нем была спортивная куртка и меховые ботинки для прогулок на свежем воздухе: так он пришел из своего отеля «неподалеку». Они предложили ему стул, а сами устроились на кровати.
— Говорят, — начал Деламер, — что ris de veau[40] и homard[41], приготовленные шефом Жаффом, — это что-то необыкновенное. Он заслужил свою репутацию благодаря оригинальным идеям: gnocci[42] из кабачков в его исполнении, которые я как-то пробовал, просто великолепны. Вы здесь en pension[43] или заказываете à la carte[44]?
— Мы выбрали то, что они включают в стоимость номеров, — ответила Поузи. — Это называется en pension?
— Вообще-то, это demi-pension[45], если только вы не оговорили заранее полный пансион, но в этом случае вам надо приходить на ланч, а я, откровенно говоря, не могу справиться с такой едой три раза в день. Вот моя жена… Мы останавливались в этом отеле в течение нескольких лет, но в этом году не планировали сюда приезжать. И вот, конечно, я здесь, и при таких неожиданных и печальных обстоятельствах!
— Вы хотели обсудить?..
— Да. Я бы хотел продолжить ту тему, которую мы обсуждали утром. Coffre. Вы сказали «сейф для безопасности бумаг»?
— «Сейф для хранения ценных бумаг».
— Да? В общем, откровенно говоря, независимо от того, что может произойти, я бы рекомендовал открыть в банке сейф для хранения ценных бумаг, пока еще месье Венн жив. Как можно скорее. Дело в том, что, когда он умрет, вы не сможете этого сделать. После смерти государство опечатает сейф и затем произведет оценку содержимого, чтобы вы платили за него налоги. Там есть несколько ценностей, которыми было бы легче… распорядиться, если бы они не считались частью его состояния. У меня самого есть полномочия распорядиться… некоторыми вещами, правда наполовину: я могу открыть сейф только вместе с кем-то еще, но и я не знаю точно, у кого находится ключ. Мы совершенно определенно оговорили это в наших документах, но когда я услышал эту печальную новость, я уехал так быстро…
Когда он еще раз упомянул ценности, его слушатели, по-видимому, стали более внимательными.
— У меня сложилось впечатление, что ключ и вторая половина прав поверенного, уполномоченного открыть сейф, находятся у мадам Хайек, его секретаря, но, конечно, это может оказаться и мадам Венн.
— Тогда что же такое находится в сейфе отца? — спросил Руперт.
— В основном это первые издания, надо сказать, прекрасные издания, и некоторые из них очень ценные. Представляю, какую большую ценность они будут иметь для государства при выполнении похоронных обязательств. Позвольте уверить вас, что думать о таких делах до… события — совершенно правомерно. Иначе я никогда не дал бы вам такого совета. Разрешите мне позвонить мадам Хайек.