— Нет.
Учительница продолжила распределять партнеров, а Лила театрально опустилась перед ней на колени и взмолилась о пощаде.
Рико засмеялся.
— Пойду подниму свою партнершу с пола.
Подходя к Лиле, он закричал:
– ¡Casate conmigo, diosa![19]
Эхо собрала учебники и отправилась в долгое путешествие по проходу ко мне. У вселенной было странное чувство юмора. В прошлом семестре мы едва обменялись парой взглядов. Теперь нас подталкивали друг к другу при каждом случае. Не то чтобы я был против. Эхо заняла место Рико и уставилась на парту из пластика, крашенного под дерево.
— Впервые оказалась сзади? — спросил я. Все пары распределились, большинство сдвигали парты вместе, чтобы остальные не слышали их отвратительный испанский. Когда девушка ничего не ответила, я продолжил: — Я впечатлен. Последовательница правил прогуляла сегодня пару уроков.
— Нет, не прогуляла. Миссис Коллинз освободила меня, чтобы я подготовилась к пересдаче АСТ. Я сдаю его на выходных. — Она глубоко вдохнула, из-за чего ее грудь поднялась. На лбу девушки появились морщинки, она явно нервничала: — Ной, насчет вчерашнего…
Вчера Эхо позволила мне мельком заглянуть в свой мир. Меньшее, что я мог сделать, — это впустить ее в свой. Даже если это меня чертовски нервировало.
— Mi primer padre adoptivo me pegaba[20].
Эхо посмотрела на меня круглыми глазами.
— Lo siento[21].
Я постучал карандашом по парте и продолжил говорить на испанском:
— Теперь мы в расчете. Ты знаешь кое-какое дерьмо обо мне, а я знаю кое-что о тебе. Можно перестать меня избегать.
Она закусила губу, мысленно переводя, прежде чем ответить:
— Túhablas bien el español[22].
Эхо нежно, скромно улыбнулась, из чего я сделал вывод, что у нас все хорошо.
— Mi madre era una profesora de español[23].
Я никому никогда не рассказывал об этом. Перед глазами сразу же возник образ моей смеющейся матери, говорящей со мной по-испански.
— Mi madre era una artista. Muy brillante[24].
Нога Эхо начала раскачиваться под партой.
Мы сидели в тишине. Кабинет наполнился бормотанием на ломаном испанском и английском. Вскоре ручка в ее руке застучала в такт ноге. Я понимал ее ритм. Это чувство, когда все внутри скручивает так, что если не найдешь способ отвлечься, то взорвешься. Я жаждал дать ей покой.
Я накрыл своей ладонью ее ладошку. Мое собственное сердце сразу успокоилось, когда я провел подушечкой большого пальца по гладкой коже девушки. Она уронила ручку и схватилась за рукава — ее вечная защитная реакция.
Нет. Если она и хочет за что-то схватиться, то пусть это буду я. Мой палец подцепил рукав, вытаскивая его из сжатого кулачка Эхо. А потом я взял ее руку в свою.
Прикасаться к Эхо было так легко и привычно…
Ее безымянный палец скользнул по моему, вызывая электрический разряд в моей крови. Еще раз. Только на этот раз движение было медленным, осознанным и самым соблазнительным во всем мире. Все внутри меня требовало коснуться ее еще раз.
Бет была права, но в то же время ошибалась. Эхо никого не могла ранить, особенно когда сама казалась такой ранимой. Но острое желание, которое я чувствовал — потребность быть тем, кто спасет ее мир от разрушения, — лишь подтверждало предположение Бет. Я влюблялся в Эхо, и это сводило меня с ума.
Пискнула школьная система оповещения. И Эхо мгновенно отдернула руку, положив конец, наверное, самому эротическому моменту в моей жизни.
Я заерзал на стуле, пытаясь взять себя в руки.
— Миссис Бэйтс? — из динамика раздался голос миссис Маркос. — Мне нужен Ной Хатчинс, его вызывает в офис миссис Коллинз.
— Вы слышали, мистер Хатчинс. Идите.
Я не сомневался, что наш мозгошредер злилась на меня. Вчера я так и не дождался, чтобы узнать, зачем меня позвали. Когда Эхо выскочила из офиса, я тоже отправился вслед за ней. Хотел убедиться, что она благополучно села в машину, а еще потому, что меня трясло от подслушанного разговора. Разборки с миссис Коллинз требовали от меня полной концентрации, но после того, что я узнал об Эхо, я мог думать только об этом.
Я встал, одновременно обрадовавшись и расстроившись от такого поворота событий. Я наконец-то нашел с ней контакт, но все вышло не так, как я планировал. Девушка спрятала пальцы за рукав и коснулась ими моего запястья. Ее шея и щеки порозовели.
— Я поменяла время. Теперь наши встречи будут проходить по вторникам в 15:45 вместо 14:30.