Барон Ж. Дантес А. И. Бреверну (26 февраля 1837 г.). А. С. Поляков. О смерти Пушкина, Пб. 1922, стр. 53–54.
Около 20 января.
Встретившись за несколько дней до дуэли с баронессой [Е. Н.] Вревской в театре, Пушкин сам сообщил ей о своем намерении искать смерти. Тщетно та продолжала его успокаивать… Наконец, она напомнила ему о детях его. "Ничего, — раздражительно отвечал он, — император, которому известно все мое дело, обещал взять их под свое покровительство".
М. И. Семевский со слов бар. Е. Н. Вревской. РВ 1869, XI, стр. 90.
За несколько дней до своей кончины, Пушкин пришел к Далю и, указывая на свой только что сшитый сюртук, сказал: "Эту выползину я теперь не скоро сброшу". Выползиною называется кожа, которую меняют на себе змеи, и Пушкин хотел сказать, что этого сюртука надолго ему станет.
П. И. Бартенев со слов В. И. Даля. РА 1872, стр. 2026.
24 января.
В воскресенье [перед поединком Пушкина] А. О. Россет пошел в гости к князю Пехру Ивановичу Мещерскому[424]… и из гостиной прошел в кабинет, где Пушкин играл в шахматы с хозяином. "Ну, что, — обратился он к Россету, — вы были в гостиной; он уже там, возле моей жены?" Даже не назвал Дантеса по имени.
А. О. Россет по записи П. И. Бартенева. РА 1882, I, стр. 247.
Около 25 января.
Даль рассказывал о последних минутах Пушкина нашего. За три дня до смерти он сказал:
"Я только, что перебесился, я буду еще много работать".
М. П. Погодин. Дневник. ПС, XXIII–XXIV, стр. 122.
25 января.
25 января Пушкин и молодой Геккерен с женами провели у нас вечер… В этот самый день уже было отправлено Пушкиным барону Геккерену оскорбительное письмо. Смотря на жену, он сказал в тот вечер:
"Меня забавляет то, что этот господин забавляет мою жену, не зная, что его ожидает дома. Впрочем, с этим молодым человеком мои счеты сведены".
Кн. П. П. Вяземский. Сочинения, стр. 556[425].
26 января.
… П[ушкин] был в театре в ложе рядом с княгининой [Долгоруковой][426]. Во время представления он обратился к княгине и сказал ей так, чтобы жена не слышала: "Пригласите завтра мою жену поутру и удержите ее подолее".
Княгиня Е. А. Долгорукова по записи Ф. Толя. В книге Декабристы на поселении, под ред. Е. Е. Якушкина, М. 1926, стр. 143.
27 января.
… Приезжаю к нему 27 января, утром, часов в 10, и нахожу в передней два ящика с пистолетами; при них вижу посланного из магазина. Думаю: это — дело обыкновенное для Пушкина: он охотник стрелять в цель…
Нахожу Пушкина еще в утреннем домашнем костюме, к как-то страшно расстроенного и взволнованного. Говорю ему о своем деле, а он в это время беспрерывно перебегает от дивана к двери комнаты, почти смежной с переднею комнатой.
Ну, вижу: у него какая-то особенная забота и поднимаюсь уже уйти; но он удерживает меня и с видимым волнением говорит отрывисто:
"Хорошо… Хорошо, Николай Михайлович… Рад тебе пособить… Сейчас, сейчас еду…"
Но вдруг, как бы вспомнив что-то, прибавляет:
"Ах, брат!.. Теперь нельзя… Да постой!.. Он [С. С. Уваров], кажется, знает тебя…"
Видя его тревожное состояние, говорю ему:
"Ну, Александр Сергеевич, не во-время я к тебе заехал; лучше побываю на-днях".
"Ничего… Ничего, любезный мой! — отвечает он. — Как там знать, что будет после?.. Сегодня я его не увижу… Так лучше напишу…"
И вот поспешно взял он из-под пресс-папье бумагу и начал писать записку к С. С. Уварову, по-французски.
Замечаю, что за начальным словом: "Monsieur", выведенным дрожащею рукой, следуют еще две фразы, которые вскоре зачеркиваются. Вдруг он встает и говорит мне:
"Не дивись, что я киплю душой… Знаешь мою горячность… До сих пор… не умею владеть… собой… Экое дело! Не пишется… Да лучше увижусь… Скажу, скажу ему…"
Я поторопился взять шляпу, а он, при прощании, как будто со слезами на глазах поцеловал меня.
Н. М. Коншин[427] по записи А. Трефолева. "Ярославские Губернские Ведомости" 1864, № 17.
За несколько часов до дуэли он говорил д'Аршиаку, секунданту Геккерена, объясняя причины, которые заставили его драться: "Есть двоякого рода рогоносцы; одни носят рога на самом деле; те знают отлично, как им быть; положение других, ставших рогоносцами по милости публики, затруднительнее. Я принадлежу к последним".
424
Мещерский князь Петр Иванович (1802–1876), отст. гвардии полковник, женатый вторым браком на Екатерине Николаевне Карамзиной (1809–1867), дочери историографа.
426
Княгиня Долгорукова Екатерина Алексеевна, р. Малиновская (1811–1872), жена кн. Р. А. Долгорукова (дочь известного директора Архива министерства иностранных дел А. Ф. Малиновского).
427
Коншин Николай Михайлович (1793–1859), посредственный, но довольно плодовитый поэт, близко знакомый с Пушкиным. Рассказ его о посещении Пушкина перепечатан РА 1877, III, стр. 403, PC 1887,8, стр. 464–465, и "Русская Мысль" 1897, V, стр. 164.