Лишенные всяких избирательных прав, находившиеся в тягчайших материальных условиях, не имевшие своих организаций, ибо профсоюзы разгонялись «государственной стражей», рабочие представляли из себя тот горючий материал, который готов был в любую минуту вспыхнуть и свалить ненавистную власть Деникина.
Национальный вопрос. Поскольку в основу устройства территории Юга положено было «сохранение единства Российской державы» (Деникин, т. V, с. 138), национальный вопрос решался так же «просто» и «легко», как он решался при царском правительстве.
«Никаких мечтаний!» Россия должна быть единой, и если казачеству и обещали кое-какие отклонения от этого единства, то лишь как плату за борьбу с большевиками. Все же прочие «инородцы» не имели никаких оснований ждать милостей от всесильного «Юга». Весьма характерный штрих: «Автономное управление предположено строить не только по признакам национальным, но и по соображениям иного порядка — по удобству расчленения, географическому положению» и т. д. (Деникин, т. V, с. 140). По отношению к Украине Деникин властно заявляет, что правительство держит твердый курс «на национальное, религиозное и культурное единство русского народа в лице трех ветвей его — великорусской, малорусской и белорусской». Иначе говоря — никакой Украины. В Крыму татарский парламент (курултай) и татарское правительство (директория) были упразднены простым административным распоряжением, и весь Крым был включен в состав Таврической губернии. Даже территория Украины с Крымом не была сохранена в своих границах: по «общегосударственным соображениям» она была разделена натри области — Киевскую, Харьковскую и Новороссийскую. Так просто разрешался национальный вопрос.
Чтобы полнее представить картину внутреннего состояния Доброволии, остается бросить взгляд на те «оседлые» элементы в её пределах, которыми предполагал и мог воспользоваться Деникин, т. е. на население казачьих областей и Украины.
Донское войско. Само собой понятно, что казачьи войска, пользовавшиеся за свою верную службу царскому правительству целым рядом политэкономических льгот и привилегий, в это время представляли собой контрреволюционную стихию, хотя и расслоенную.
Следующие цифры, относящиеся к 1919 г.[36], могут служить иллюстрацией к этому вопросу:
Численность населения (человек):
Казаков — 1 351 812.
Коренных донских крестьян — 939 003.
Пришлых крестьян — 468 246.
Распределение земельных угодий (в десятинах):
Во владении казачьего населения — 9 582 157.
Войсковые земли — 2 299 909.
У крестьян — 1 600 694.
Частная собственность — 1 451 875.
Городск., церк. земли, немецк. колонии и пр. — 304 151.
Таким образом, даже по этим, далеко не свободным от тенденциозности цифрам крестьянство, составлявшее более половины населения, имело в своем распоряжении лишь половину земли.
Отсюда: а) враждебность казаков к советской власти и ее аграрной политике, б) вражда на Дону между казаками и «иногородними».
Отстаивая свои экономические интересы, донское казачество стремилось к самостийности и готово было смотреть на иногородних, как на иностранцев. Атаман Краснов откровенно проводил эту политику, которая получала местно-патриотический оттенок. По его словам[37], Каледина погубило доверие к крестьянам, знаменитый паритет. Дон раскололся на два лагеря: казаки — крестьяне. Крестьяне, за малыми исключениями, были большевиками. Там, где были крестьянские слободы, восстания не утихали. Весь север Войска Донского, где крестьяне преобладали над казаками — Таганрогский округ, слободы Орловка и Мартыновка 1-го Донского округа, города Ростов, Таганрог, слобода Батайск, — был залит казачьей кровью в борьбе с крестьянами и рабочими. Попытки ставить крестьян в ряды донских полков кончались катастрофой… Война с большевиками на Дону имела уже характер не политической или классовой борьбы, не Гражданской войны, а войны народной, национальной. Казаки отстаивали свои казачьи права от «русских» (так пишет Краснов).
Конечно, это была настоящая классовая война. Первый же войсковой круг, собранный в конце апреля старого стиля 1918 г. в Новочеркасске и провозгласивший себя «кругом спасения Дона», утвердил «Основные законы», которые:
1) передали всю власть управления войском во всем ее объеме войсковому атаману в пределах Всевеликого войска Донского с указанием, что он же есть высший руководитель всех сношений Всевеликого войска с иностранными государствами;
36
Эти данные, заимствованные из книги полковника Добрынина «Борьба с большевиками на России» (Прага, 1920 г.), не могут претендовать на историческую объективность. Коренными крестьянами считались приписанные к войскам до уничтожения крепостничества, пришлыми — приписанные после этого срока.
37
П.Н. Краснов. Всевеликое войско Донское (цитируется по книге: С А. Алексеев. Начало Гражданской войны, 1926 г., с. 148).