Дженни обратила внимание на невысокого жилистого мужчину на гнедой кобыле, возле которого кружилась свора гончих; он сдерживал их, подавая тихие команды.
Дженни догадалась, что это Гейб Этчисон.
Уолтер сидел на крапчатом, черно-коричневом жеребце. В руках он держал поводья второй оседланной кобылы. Лошадь была без всадника. Девушка узнала ее: эту лошадь звали Тьюлип[1]. Ее стойло находилось рядом со стойлом погибшей Холликросс.
– Сюда, скорее! – позвал он Дженни. – Мы готовы начать.
Девушка подбежала к лошади, вставила ногу в стремя и взлетела на спину Тьюлип. Лошадь фыркнула, дрожь прошла по ее крупу, однако она не стала проверять, насколько Дженни искусна в верховой езде.
– Я первый раз вижу полицейских на лошадях, а не в патрульных автомобилях, – заметила девушка.
– Полагаю, что полицейские штата Пенсильвания самые подготовленные в мире. Они учатся использовать все, что попадет им под руку. Вон тот парень, Хэллиуэлл, рассказал мне, что у них даже есть команда чемпионов по верховой езде. Они только и занимаются, что путешествуют по свету и принимают участие в различных международных соревнованиях. И, как правило, они чаще выигрывают, чем проигрывают.
Оба офицера проверяли подпруги и крепления карабинов к седлам. Они выглядели весьма ловкими наездниками, и Дженни почувствовала себя в безопасности.
– Волнуетесь? – поинтересовался Уолтер.
– Немного.
– Не стоит. С таким количеством оружия зверя в клочья разнесут, прежде чем он попытается напасть на нас.
Лишь сейчас Дженни заметила, что вооружены не только полицейские. Оружия не было только у нее и у Уолтера.
Девушка взглянула на небо. Погода могла быть и лучше. Низкая ровная облачность закрыла горизонт. Ее серый цвет не грозил дождем, но и не обещал солнца. Утро было довольно прохладным для июня. Девушка предположила, что скоро будет очень жарко и тогда все они будут задыхаться от повышенной влажности.
К ним подъехал, придерживая свою лошадь, Ричард. На нем были черные бриджи и такого же цвета рубашка с короткими рукавами.
– Что ты здесь делаешь? Тебя кто-то пригласил?
Вопрос был задан чисто риторически, поэтому Ричард и не ждал ответа.
Ее ответ удивил молодого человека.
– Кто?
– Я, – поспешно ответил Хобарт, не давая Ричарду возможности сказать что-нибудь. – Не вижу в этом никакой опасности. Если мы и доберемся до зверя, то мы с Дженни будем держаться подальше.
– Думаю, женщине здесь не место, – возразил Ричард.
– А где мне место?
Кузен промолчал.
– Послушайте, Ричард, все это больше смахивает на игру. Взгляните на этих здоровых мужчин. Они все здесь из спортивного интереса. И если один из них ожидает хоть какой-то опасности, я буду весьма удивлен.
– Я жду опасностей, – произнес Ричард.
– Вы? – удивился Хобарт.
Ричард взглянул на Дженни, явно собиравшуюся что-то сказать, и пожал плечами:
– Хорошо, оставайся.
Он дернул поводья лошади вправо и вернулся в головную часть колонны.
Уолтер наклонился и погладил правую руку девушки.
– Он пугает меня, – произнесла Дженни, хотя и не собиралась признаваться в этом ни Уолтеру, ни кому-либо еще. Она не желала оказаться в дураках, если бы выяснилось, что за грубостью Ричарда не скрывается ничего зловещего, кроме плохих манер.
– Кто? Ричард?
– Да.
Хобарт бросил взгляд в сторону молодого Браккера:
– Думаю, он очень замкнут. Мы все должны быть открытыми по отношению к окружающим.
Ричард обернулся и обратился к наездникам, которые ехали позади него:
– Мы поедем за собаками. Мы будем держаться одной группой, если собаки не побегут в разные стороны. Затем Хэллиуэлл, Гейб, Руди, Сэмсон и я поскачем отдельной группой. Остальные образуют вторую группу. Доктор Хобарт и Дженни останутся во второй группе. У них нет оружия, они только наблюдают за происходящим, при необходимости присматривайте за ними.
Все украдкой взглянули на них.
Ричард повернулся и обратился к Гейбу Этчисону:
– Они готовы?
– Более чем.
Ричард обратился к остальным участникам охоты:
– Запомните: никакой беспорядочной стрельбы. Если мы нападем на его след, собаки будут преследовать его по пятам и загонят зверя в угол. Подстрелим его, как кабана в загоне.
Мужчины закивали.
Ричард вновь взглянул на Гейба Этчисона:
– Отлично. Дай им разгуляться.
Этчисон что-то прокричал – словно на каком-то иностранном языке. Собаки откликнулись на зов. Вся это визжащая масса хвостов, лап и морд, наталкиваясь друг на друга, рванула вперед – и все в том же направлении, по полям, на север от конюшен, в густой лес.
– Нет такого густого леса, чтобы там гуськом не проехать опытным всадникам, – крикнул Ричард.
Тут его группа скрылась из вида.
Разом зацокавшие лошадиные копыта произвели такой грохот, что у Дженни застучали зубы. Ее кобыла рванула галопом вслед за остальными, и земля задрожала под ударами ее копыт.
Уолтер махнул девушке рукой и склонился к шее своего скакуна. Очевидно, происходящее доставляло ему удовольствие.
Дженни решила, что и ей самой следует получить удовольствие. Она покрепче села в седле и пустила свою лошадь во весь опор. Они неслись в сторону темного леса по самому краю длинного поля...
Глава 12
Гончие псы достигли границы леса и бежали вдоль линии деревьев. Собаки опустили носы к земле, длинные уши животных болтались из стороны в сторону. Псы едва уворачивались друг от друга. Со стороны гончие выглядели забавно. Но ужасная задача, поставленная перед ними, стирала это впечатление. Псы то и дело останавливались и принюхивались, бегали взад-вперед, пытаясь взять след. Затем они вновь бросались вперед, вытянув носы и завывая. Они преследовали свою жертву.
Для тех, кто ехал верхом, зрелище было волнующим и утомительным. В некоторые моменты они пускали своих скакунов вперед во весь опор с тем, чтобы не отстать от стаи гончих псов. Затем собаки резко останавливались, вынуждая охотников сдерживать поводья, обозначать шаг на месте, пока вновь не срывались в неистовый бег.
Дженни не так сильно, как другие, возмущалась такими паузами. Она не привыкла к подобным бешеным гонкам и нуждалась в коротких минутах отдыха, чтобы восстановить дыхание и поудобнее сесть в седле. В то же время передышки давали возможность поболтать с Уолтером. Они обменивались первыми впечатлениями об охоте и об этих краях. Для нее это было самым ценным. Каждый раз они разговаривали и перебрасывались шуточками. Она меньше всего опасалась за оставшуюся часть дня и особенно за то, чем он завершится для них.
После того как преследователи около пятисот ярдов проехали вдоль опушки леса, свора своим поведением удивила следовавших за ней людей. Псы резко бросились в кусты и за деревья. Они почти исчезли из вида, оставляя за собой дрожащие кусты магнолий. Теперь собаки истошно вопили и выли, в спешке наскакивали друг на друга, каждая собака стремилась первой схватить жертву. Они как-то умудрялись не потерять объект преследования из виду.
Запах усиливался: волк где-то рядом!
Полицейский Хэллиуэлл вел процессию вдоль узкой, пройденной загонщиками тропе между вязами и соснами. Где-то далеко впереди, в темном тоннеле из листьев, виднелась последняя из стаи собака. Хэллиуэлл пришпорил своего скакуна. Остальные охотники по одному проследовали за ним. Многие мужчины начали отстегивать карабины и вытаскивать прикрепленные к седлам ружья.
– Похоже, что возиться придется недолго, – заметил Уолт. Он сказал это за несколько секунд до того, как Дженни въехала в лес. – Те твари лают уже где-то на холме. Через минуту все будет кончено.