Надо бы и, сразу утрясти все формальности с разрешением строительства у Старой Паромной Переправы электростанции и, начёт добычи торфа на Болотах для этой электростанции… Конечно, до этого ещё далеко, но подсуетиться — учитывая медлительность российской бюрократической машины, на этот счёт надо заранее…
Во-вторых: надо мой Солнечногорск оформить как населённый пункт… Ещё, надо было официально открыть в нём начальную церковно-приходскую школу, частное реальное училище и частный детский приют имени Мишки Квакина…
— А, кто он такой, этот Мишка Квакин[25]? — спросил чиновник губернского управления, рулящего разными там приютами да богадельнями.
— Один мой давний — ещё с детства, знакомый…
— И, чем же он — этот Мишка, славен? Какими делами?
— Помог другому моему знакомому прославиться…, — пожал плечами я, типа, что сам, что ли не знаешь? — и, тем навеки остался в памяти народной… Не в здешних краях, конечно!
Кто ж, в моё время про Гайдара не знает? И про его «реформы»?
…В третьих: надо было подать заявку на создание промышленно-торгового предприятия «Корпорация USSR» и, его дочернего предприятия «USSR Агропром» в Солнечногорске.
Сделано в тот день было очень немного — только, бумаги подал и на лапу кому надо дал — чтоб их не засунули куда-нибудь подальше на полку. Однако, побегать мне ещё предстоит…
Только поужинал, как — уже по-тёмну, подтянулась вся наша гужевая колонна. Часа три разгружали телеги и фуру, при свете керосиновых ламп и моей газовой. Дело пошло быстрей, когда догадался мужиков-постояльцев припахать, заплатив им за работу по гривеннику.
Потом, «припаханные» мною мужики — в основном, из Приреченских земель, выпив лишку на полученные от меня за работу деньги, вспомнили про порушенные «рыбные нети» и затеяли драку с моими «бамовцами»… Правда, разбираться вышли «культурно» — во двор. Судя по доносившимся со двора крикам, нашим поначалу перепало люлей…
— Иди, успокой их, — сказал я стоявшему возле меня, как телохранитель, Му-му, — разорались, что-то…
Му-му закатал рукава красной парадной рубахи и не спеша вышел во двор… Теперь, по доносившимся крикам, брать стала наша. Через некоторое время внесли одного моего «бамовца» и троих приреченских. У всех, практически, бока были «намяты», а морды в крови, у одного свёрнут на бок нос. Серьёзных травм, к счастью не было: Му-му бил сильно, но аккуратно. Принеся аптечку, всем оказал медицинскую помощь — даже, нос смог на место вправить и, после этого наши и приреченцы — вместе, сели калдырить дальше…
Ну, мужики есть мужики! Никому их ещё переделать не удавалось и, мне — не хрен начинать… Сверху уже маяковала Рыбка, поэтому пошёл к себе, наказав Му-му следить за порядком, а своим — пораньше завязывать, ибо завтра тяжёлый день…
С утра позавтракали, я ещё раз осмотрел «потерпевших» и, Евдокия Фроловна с двумя бамовцами отправилась на одной из телег покупать коров, посовещавшись перед этим с женой Карпа. По-моему, она спрашивал последнюю — где та и, у кого покупает мясо и молоко. Му-му и Тихон на фургоне, со своим — последним оставшимся незанятым подчиненным, повезли хабар Племяшу… Разгрузив его, они поедут на Ярмарку смотреть и покупать рабочих лошадей и кобыл для случки Боне… Бугагага!!!
Мы же с Карпом, на Бомбиле поехали оформлять договор об создании акционерного общества закрытого типа «USSR Автосервис» — первого предприятия подобного типа в Нижнем Новгороде, России в целом и, пока — во всём белом свете… Ну и, ещё я купил пустырь — что за Постоялым Двором, под АЗС и автодром. Тут вопрос решился довольно легко и быстро — городу деньги были нужны!
После обеда у Племяша послали за кандидатами в учителя и фельдшеры для Солнечногорска… Пока тех ждали, рассматривали привезённые товары. Швейные машинки привели Племяша в полный поросячий восторг:
— Дядя, а Вы не можете договориться, чтоб побольше их присылали?
— А может, договориться сразу завод здесь построить? — пошутил я.
— А, построят?
— А, то! Только им свистни…