Новый президент торжественно праздновал свое вступление в высшую должность. Ему было необходимо продемонстрировать не только радость по поводу освобождения заложников, но и свою тесную связь с деловой Америкой, крупнейшими предпринимателями и банкирами, наиболее популярными представителями художественного мира. Важно было показать, что несмотря на свой солидный возраст он здоров, бодр, полон сил, способен достойно выдержать нелегкую нагрузку не только инаугурации, но и полутора десятков балов, проходивших вечером 20 января.
Один из них даже состоялся в Музее авиации и космонавтики, который был создан в 1966 году за несколько лет до рассматриваемых событий переехал в новое огромное помещение в самом центре столицы, непосредственно под Капитолийским холмом. Инаугурационный бал в этом музее стал свидетельством того, что Рейган не собирается пренебрегать внешнеполитическими делами, намерен бросить «космический вызов» Советскому Союзу.
Четыре года назад торжества по поводу вступления на президентский пост Картера обошлись в 3,4 миллиона долларов, а нынешние балы стоили 19,4 миллиона[316]. Надо, правда, отметить, что разница не была столь уж огромной, так как инфляция за эти четыре года сильно подскочила. Во всяком случае, данные Гливса Витни, директора Центра президентских исследований университета в Гранд-Вэлли, свидетельствуют, что стоимость торжеств Рейгана значительно превышала все предыдущие инаугурации[317].
Разумеется, средства на них поступали не из государственного бюджета. Ни одного доллара ни прямым, ни косвенным способом Рейган не мог взять и по политическим, и по личным, принципиальным соображениям. Деньги на пышные балы поступали в виде пожертвований и, главное, от продажи билетов, каждый из которых стоил тысячи долларов.
Новые кадры
Однако от торжеств пора было переходить к реальным политическим шагам, направленным на достаточно четко определенные изменения во внутренней жизни и менее определенные — во внешней политике.
Вместе с тем на первый план выходила качественно новая задача борьбы против международного терроризма, который все больше ассоциировался с исламским фундаментализмом. Не случайно первое заседание с участием представителей Госдепартамента, ЦРУ, ФБР, министерства обороны, которое Рейган провел 21 января, было посвящено именно этому вопросу. В этот же день Рейган встретился с руководителями Конгресса для обсуждения наиболее важных экономических проблем. Он был действительно твердо намерен начать восстановление пошатнувшегося положения США в современном мире.
Для этого было необходимо укомплектовать штат Белого дома надежными людьми. В качестве руководителя аппарата первоначально намечался Эдвин Миз, известный уже нам юрист и политолог, член «кухонного кабинета», который был одним из главных советников во время предвыборной кампании. Но, поразмыслив, президент решил назначить на весьма ответственный пост другого человека, сочтя, что Миз — слишком самостоятелен, не очень дисциплинирован и стремится толковать волю Рейгана в собственном духе, так что его конкретные действия приходилось «исправлять».
После раздумий пост главного непосредственного помощника, каковым должен быть руководитель аппарата президента, был предложен юристу и историку Джеймсу Бейкеру. Помимо того, что Бейкер был квалифицированным специалистом, Рейган счел немаловажным, что у него не было еще одного, политологического образования и соответствующих претензий не только политико-технологического, но и явно политического свойства. Кроме того, Бейкер был другом вице-президента Буша, их сблизила не только политика, но и потеря близких: от рака скончалась жена Бейкера Мэри, от лейкемии умерла дочь Буша Полин. Возникал некий мостик дружеского сотрудничества между Рейганом и Бушем, важный, если иметь в виду, что еще совсем недавно они были конкурентами при выдвижении кандидата Республиканской партии на президентский пост и, более того, Бейкер тогда активно помогал Бушу в борьбе против Рейгана[318].
Бейкер когда-то был членом Демократической партии, затем беспартийным и только позже присоединился к республиканцам, но, главное, он проводил в согласии с Рейганом курс на сплочение нации, на устранение конфронтации между сторонниками обеих партий. Наиболее правые республиканцы вскоре развернули против Бейкера шумную кампанию. Видные партийные деятели Говард Филипс и Клаймер Райт пытались убедить Рейгана отстранить Бейкера от его поста. Президент, однако, давлению не поддался[319]. Бейкер сохранял высокий административный пост в Белом доме на протяжении всего первого срока президентства Рейгана, а затем перешел на работу в правительство.
318
Baker J. Work Hard, Study... and Keep Out of Politics! New York: Putnam’s Sons, 2006. P. 122.