Сказанное не означает, что «кухонный кабинет» прекратил существование или сильно ослабил влияние на Рейгана. Президент по-прежнему считался с его мнением. Майкл Дивер стал заместителем руководителя администрации Белого дома, Эдвин Миз — официальным советником президента. Именно эти три человека вместе с президентом определяли конкретные действия Белого дома, по крайней мере на первых порах президентства Рейгана. Кто-то принес русское слово «тройка», и именно им стали называть этот триумвират, оказывавший определенное влияние на президента, хотя по всем вопросам политики тот стремился найти собственные решения.
Среди прочих кадровых назначений особенно важным было назначение государственного секретаря (министра иностранных дел). Эта должность была предложена недавно ушедшему в отставку с военной службы генералу Александру Хейгу — ветерану корейской и вьетнамской войн, видному штабному работнику, который ранее являлся специальным помощником президента Никсона по военным вопросам и руководителем аппарата Белого дома, а затем командующим вооруженными силами США в Европе. Именно Никсон рекомендовал его Рейгану. Хейг считался «ястребом», и почти тотчас же после назначения начались его стычки с более умеренным министром обороны Каспаром Вайнбергером[320].
Более того, Хейг потребовал полной автономии Государственного департамента от Белого дома. Рейган ответил неопределенно, будучи уверен, что сохранит за собой безоговорочный контроль за внешней политикой. Хейг же воспринял слова президента о полном доверии как предоставление безусловной самостоятельности. Рейган жаловался в своих мемуарах: «Он не желал даже, чтобы я как президент был вовлечен в решение вопросов внешней политики — он рассматривал ее в качестве только своей территории»[321].
Высокомерное поведение Хейга, его генеральские замашки вызывали недовольство советников президента. Дивер говорил Рейгану, что Хейг стал «раковой опухолью, которую необходимо вырезать». Довольно быстро стало ясно, что долго на посту руководителя внешней политики Хейгу не продержаться.
При предыдущих президентах значительную роль в определении комплекса вопросов внешней политики, обороны и государственной безопасности играл советник президента по национальной безопасности. Вначале этот пост у Рейгана занимал Ричард Аллен, политолог, в прошлом сотрудник Гуверовского института войны, революции и мира в городе Пало-Алто (Калифорния). Он считался разумным и умеренным советником, но пробыл в своей должности недолго — лишь год. Аллен серьезно скомпрометировал себя, организовав осенью 1981 года интервью Нэнси Рейган японскому журналу и получив за это гонорар — в общем-то незначительную сумму в тысячу долларов. История эта получила огласку, так как о ней появилась информация в том же японском журнале, началась газетная шумиха. Аллен вынужден был уйти в отставку[322].
Новым советником по национальной безопасности стал недоучившийся юрист Уильям Кларк, старый приятель и сотрудник Рейгана по Калифорнии. Судя по имеющимся материалам, особого влияния на президента он не оказывал, постоянно был предметом насмешек либеральных кругов в связи с тем, что часто появлялся в фермерской шляпе и ковбойских сапогах и любил играть с пистолетом, который можно было увидеть даже на его письменном столе. Долго на своем посту Кларк также не продержался. Он вступил в конфликт с Госдепартаментом, Рейган встал на сторону Госдепа. Кларк был переведен в правительство, где получил должность министра внутренних дел (пост второстепенный, связанный не с силовыми структурами, а большей частью с охраной природы и подобными делами).
Так же непродолжительное время занимали этот пост преемники Кларка. В бытность Рейгана президентом значительно больший удельный вес в решении внешнеполитических проблем имел Государственный департамент. Пост советника по нацбезопасности постепенно отошел на второй план.
Исключительно важным для проведения намечаемых мероприятий по «восстановлению величия Америки» было содействие третьей ветви государственной власти — Верховного суда. Этот орган, в обязанности которого входило прежде всего наблюдение за тем, чтобы полностью соблюдалась Конституция США, был в состоянии заблокировать любое решение президента или даже Конгресса, просто объявив их антиконституционными. Юридические обоснования такого решения считались необходимыми, но ушлые крючкотворы всегда могли таковые найти.
322
The New York Times. 1981. Nov. 15; Burch Ph. Reagan, Bush and Right-Wing Politics: Elites, Think Tanks, Power and Policy. Greenwich: JAI Press, 1998. P. 19.