— Какой, на хер, Донецк? На х…ю я видал эту, б…дь, Курскую дугу!
— Hey, guys, I need a hand, — в лучах проникающего сквозь отвалившуюся дверь света стояла, покачиваясь и направив на них автомат, высокая фигура с широченными плечами. — Get the fuck up and help me[55].
Бандиты не поняли, что говорил неизвестный, но как-то сразу осознали, что зря они свои автоматы побросали по дороге. И оба вместе сообразили, что соваться в карманы за другими стволами на глазах у этого Терминатора будет точно «не в тему».
Пока они поднимались, Андрий покачнулся. Земля поплыла у него под ногами. Ему пришлось опереться о дверной проем, чтобы не упасть. Он был уверен, что перед ним русские и использовать свой ломанный украинский было бессмысленно, тем более когда сознание почти ускользало от него.
— Hurry up, motherfuckers, — вымолвил он. — Hurry up for fuck’s sake[56].
— По-английски говорит, — шепнул Петя, поднимаясь и тряся головой.
— Откуда ты знаешь? — удивился Паша, тоже поднимаясь и отряхиваясь.
Андрий не слышал, что они говорили. Из ушей у него текла кровь.
— Американец, — ответил Петя шепотом. — Фак, б…дь, фак один.
Американец выглянул на дорогу, увидел, что на месте, где чадила расстрелянная колонна, признаков жизни больше не было, и, поведя автоматом из стороны в сторону, показал бандитам на выход.
— П…ц, — прошептал Петя. — Пашка, на расстрел ведут.
Они медленно, держась за руки, вышли из коровника. Эндрю подтолкнул их стволом автомата в спины.
— Он, по ходу, американец! — осенило Пашу. — Они, по ходу, и расх…ячили колонну! Если они американцы, то мы с тобой, Петя, украинцы. Они же за нас! А он думает, мы русские, б…дь! А мы, по ходу, нет! Мы, б…дь, ук-ра-ин-цы, Петя!
— Мы украинцы! — подхватил Петя. Подняв руки вверх, он медленно развернулся, понял, что американец не слышит, и что есть силы закричал, как футбольный фанат на матче, размахивая руками с растопыренными пальцами и покачивая корпусом из стороны в сторону, словно вот-вот и погонит волну по стадиону. — Ук-ра-и-на! Ук-ра-и-на! Мы — украинцы!
Эндрю не слышал их и тщетно пытался по губам определить, что эти пленные русские солдаты кричат ему. Единственное, что ему сейчас было нужно от них, — это помочь дотащить генерала до коровника и спрятать его там. Потом он мог или пристрелить их, или заставить нести раненого, но куда? Они летели сюда больше часа. Это больше ста километров. Генерал не доживет. Да и он тоже. Нужен транспорт. Рация осталась в вертолете. Нужно проверить телефон, а пока что самое главное — втащить Дронова в безопасное место.
— Ще не вмерла України ні слава, ні воля, — воспользовавшись замешательством американца, запел Паша, приложив руку к сердцу, сначала неуверенно, а потом все громче и громче: — Ще нам, браття українці, усміхнеться доля…
Дальше он слов не знал и стал повторять первые две строчки, только еще громче. Петя попытался подпеть другу, но он вообще не знал слов и просто что-то мычал, для убедительности кивая головой.
Американец не мог понять, что происходит. Русские по непонятной причине начали петь.
— This is fucking crazy! — закричал он, выплевывая изо рта сгусток крови. — Shut the fuck up![57]
В этот момент Эндрю понял, что к нему вернулся слух, потому что вдруг расслышал слабый голос, доносящийся с обочины из-за спин русских.
— Andrey, Andrey! — сиплым шепотом пытался кричать генерал. — They are Ukranians! Ukrainians!..[58]
Дронов с первого взгляда понял по форме, что они не русские и даже не сепаратисты.
— Ukrainians? — переспросил пораженный Андрий. — Fucking Ukranians, are you?[59]
— Yes, yes![60] — заулыбался Петя во весь рот.
Он всунул руку в нагрудный карман, чтобы достать паспорт, и понял, что нужно на ощупь выбрать один из двух — русский или украинский. Но как?
Петя закрыл глаза. Попытался вспомнить хоть какие-то слова бабушкиной молитвы, но не смог — и достал из кармана синий украинский паспорт. Выдохнул с облегчением и протянул его Эндрю. Тот раскрыл паспорт. Полистал и, повернувшись к Дронову, показал тому документ. Генерал кивнул, и американец бросил паспорт назад Пете. Затем показал автоматом на генерала на носилках и, сконцентрировавшись, выговорил по-украински с сильным акцентом:
— Несіть його в будинок.
Коровы затихли, успокоились, и беглецы провели свой военный совет. Известие о гибели Саши и Мачека просто добило Дронова. Он сам хотел бы сейчас умереть, и каждое слово давалось генералу с трудом. Поэтому, когда он спросил, кто они такие и как попали сюда, а Петя ответил за двоих: «Долго объяснять, дядя», — генерал не стал вдаваться в подробности. Нужно было сначала выбраться, а потом уже разбираться. Бандиты поняли, что перед ними большой начальник, возможно генерал. Генерал убедился, что перед ним — свои. От телефонов, что у Дронова, что у Михальчика, толку не было — вне зоны покрытия. Скорее всего, русские, продвигаясь в глубь территории, глушили украинскую мобильную связь.