Заглавие. Прощанье с другом — любимая тема китайских друзей-поэтов, и к ней придется возвращаться неоднократно. Вино на прощанье — обычай, создавший особый иероглиф (цзянь).
От составителя. Лирический шедевр Ван Вэя, впервые блестяще переведенный и прокомментированный акад. В. М. Алексеевым, не мог не привлечь внимания позднейших переводчиков: в настоящем издании нами представлены переводы А. И. Гитовича («На прощанье»), А. А. Штейнберга («Проводы»), В. В. Мазепуса («Прощание») и А. В. Матвеева («На прощание»).
Когда работа над данной книгой близилась к завершению, М. В. Баньковская, дочь и публикатор наследия акад. В. М. Алексеева, уведомила составителя о существовании еще одного перевода! Он был совсем недавно выполнен Е. В. Середкиной, молодой аспиранткой из Перми, исследующей жизнь и творчество акад. В. М. Алексеева. С разрешения М. В. Баньковской мы далее приводим этот перевод:
С коня соскочил, прощальные чарки полны,
Украдкой вздохнул, куда направляетесь Вы?
Печалится друг, с карьерой, увы, не в ладу!
На Южной горе себя самого я найду.
Излишни вопросы и слез расставанья не стыдно,
Плывут облака, прозрачность их так очевидна.
ВАН ВЭЙ В ПЕРЕВОДАХ В. Н. МАРКОВОЙ
Вновь стало ясно — и открыты
Передо мной полей просторы.
Вся грязь и пыль дождями смыты
Везде, куда ни кинешь взоры.
Ворота дома Го далеко
Видны у самой переправы,
А там селенья у потока,
Вон луга зеленеют травы.
Сверкают белыми огнями
Среди полей реки узоры,
И показались за холмами
Темно-лазоревые горы.
Здесь в пору страдную в деревне
Не встретишь праздных и ленивых:
И юноша и старец древний —
Все дружно трудятся на нивах.
Прибываю послом на пограничную заставу
Я еду один к пограничной заставе,
За озеро Цзюйянь[26],
В страны, подвластные нашей державе,
Нам приносящие дань.
И вот уже за родным пределом
Мой походный шатер.
Счастливец дикий гусь! Улетел он
В нашу страну озер[27].
В Великой степи[28] мой дымок сиротливый
Один к небесам идет.
Я вижу лишь Длинной реки[29] переливы,
Лишь солнца пустынный заход.
Но только солдат нашел я безвестных
У заставы Сяогуань[30].
Они говорят, что не здесь наместник,
А дальше, у гор Яньжань[31].
Песня в горах Луншань[32]
Юноша из Чанчэня ищет бесстрашных
Храбрецов, готовых на бой.
Ночью всходит он на дозорную башню,
Глядит на звезду Тайбо[33].
Над горами Луншань обходит заставы
Ночным дозором луна.
Где-то путник бредет усталый.
Флейта в горах слышна.
И юноша, натянув поводья,
Льет слезы под грустный напев.
Герои из Гуанси,[34] полководцы,
Как сдержать вам печаль и гнев[35]?
Не сосчитать ваших подвигов смелых,
Больших и малых боев,
А ныне за трусость дают уделы
В десять тысяч дворов!
Су У[36] сохранил обветшалое знамя
В долгом плену у врагов.
Какими же он награжден чинами?
Скромнейшим из всех: «дяньшуго».
Свежий ветер свищет,
Роговые луки звенят.
То в Вэйчэне[37] охотой
Полководцы тешат себя.
Сквозь сухие травы
Ловчий сокол зорко глядит.
Снег в полях растаял,
Стала поступь коней легка.
вернуться
Здесь и далее переводы В. Н. Марковой воспроизводятся по изданиям: Антология китайской поэзии в 4-х томах. Том 2 / М.: ГИХЛ, 1957; Китайская литература. Хрестоматия. Том 1 / М.: ГУчПедгИз, 1959. — Прим. сост.
вернуться
Цзюйянь — озеро на северо-востоке Китая. За этим озером находились земли, подвластные Китаю в эпоху династии Хань. (тут и далее прим. Н. Т. Федоренко, пока не указано иначе)
вернуться
…Улетел он в нашу страну озер… — то есть в Китай, богатый озерами.
вернуться
Застава Сяогуань — одна из пограничных застав на территории современной провинции Ганьсу. Другое название этой заставы — Луншаньгуань.
вернуться
Яньжань — место, где в танский период была резиденция правителя земель Внешней Монголии, на территории современной МНР, на северном берегу реки Хуанхэ.
вернуться
Луншань — цепь высоких гор на территории современных провинций Шэньси и Ганьсу. В эпоху Хань эти места были населены гуннами.
вернуться
Тайбо — по старым китайским поверьям, звезда — покровительница войны.
вернуться
Герои из Гуанси… — Провинция Гуанси в древности дала Китаю много славных полководцев и военачальников.
вернуться
…печаль и гнев… — по поводу того, что сейчас нет храбрых и самоотверженных полководцев, которые могли бы постоять за родину.
вернуться
Су У — герой и патриот своей родины — был послан Ханьским императором к гуннам как китайский посол. Гунны уговаривали Су У перейти на их сторону и остаться у них. Су У не согласился. Тогда гунны насильно оставили его у себя, где в далеких безлюдных пространствах северо-запада он должен был пасти скот. Девятнадцать лет пас он овец и никогда не выпускал из рук знамени посланника Китайской империи. Когда в конце концов Су У вернулся на родину, он получил лишь незначительную должность «дяньшуго» — так называлась должность чиновника по делам сношений с иностранцами.