— Я хороший пловец, — сказал Лигонье. — Держу пари, я смогу нырнуть туда достаточно надолго, чтобы завязать петлю.
— Я в этом не сомневаюсь, — сказал я. — То же может сделать и Раджа, или, в крайнем случае, я. Но ночью, когда в любую минуту могут появиться гости-рептилии, это чертовски опасно. Мы не можем позволить себе терять клиентов, это плохо для бизнеса. Боюсь, нам придется просто списать эту коляску.
Эта ночь у нас выдалась неспокойной, пришлось сворачивать лагерь и чуть ли не на ощупь удаляться от реки при свете электрических факелов. Рассказывать об этом сафари больше нечего. Пришлось перераспределить нагрузку, чтобы Раджа мог ехать на осле, потому что ходить ему все еще было больно. Мы разбили еще два лагеря, наблюдали за другими представителями фауны мелового периода, потом вернулись на первоначальное место ждать, когда Коэн заберет нас. Мы доставили наших клиентов домой в целости и сохранности — и с трофеями.
Но вы теперь понимаете, мистер Ахмади, почему мы не любим автомобили на сафари. Сложно, но вполне возможно не позволить местным хищникам — будь то карнозавры, креодонты или саблезубы, — сожрать нас, или ослов, или нас вместе с ослами. Но если динозавр влюбляется в ваш транспорт — это, черт возьми, чересчур!
В ПОИСКАХ КРОКОМАНДРА[13]
Бога ради, мисс Браунли! Уверяю вас, я ничего не имею против женщин. Я сам женат, причем на одной и той же женщине уже двадцать с лишним лет, и мы прекрасно ладим.
Но пусть я и не самец-шовинист, однако, я, черт возьми, не изменю своего правила, запрещающего сафари во времени с дамами, во всяком случае, совместное с мужчинами. Я не говорю, что женщины не могут так же хорошо переносить все трудности вдали от цивилизации, как и мужчины. Но когда вы собираете маленькую и компактную разнополую группу, вы напрашиваетесь на неприятности. Когда людей вынуждают находиться так близко друг к другу, у них либо возникает тесная привязанность, либо они начинают ненавидеть друг друга. Добавление сексуального фактора делает просто сложную ситуацию невыносимой. Я расскажу вам, как однажды мы попробовали вести такой смешанный отряд и что из этого получилось.
Если ваша женская правозащитная организация хочет устроить сафари, на которое отправятся только женщины, мы рассмотрим этот вариант. Конечно, я должен учитывать, как воспримет это моя жена. Тогда, узнав, что я записал пять клиентов, включая одну женщину, на сафари в триасовый период, она сказала:
— Реджинальд Реки, о чем ты вообще думаешь? Собираешься затащить эту девицу в саговники? Ты нарываешься на проблемы.
Я заверил ее, что у меня и в мыслях нет ничего подобного, но потом она с полным правом могла бы сказать: «Я же предупреждала тебя о проблемах!»
Нет, моя дорогая женушка никогда не говорила этого вслух, но-то я знал, что она подумала.
Примерно тогда, когда мы с Айяром организовали это разнополое сафари… Вот Чандра Айяр, он на фото на стене, возле убитого динозавра. Я называю его «Раджа», потому что он наследственный правитель небольшого индийского городка Джанпур. Конечно, в наши дни это чисто номинальный титул, вроде титула того француза, графа де Лотрека, раздразнившего зауропода, который тут же одним щелчком хвоста снес графу голову.
Мы с Раджой решили произвести эксперимент со смешанным сафари, чтобы посмотреть, как оно получится. Нашлась пара по фамилии Альварадо, Томас и Инес, которые хотели попасть в эпоху рептилий. Том Альварадо был полным мужчиной, испанцем. Он зарабатывал на жизнь пением в опере. Должно быть, пел он хорошо, раз смог позволить себе сафари во времени. Эта пара не особо интересовалась охотой или трофеями, они были ненормальными бродягами, посетившими все континенты и большинство стран современной Земли и постоянно искавшими что-нибудь новенькое. Они даже не собирались брать оружие, но я уговорил их арендовать девятимиллиметровый «Манлихер», иначе экспедиция окажется слишком слабо вооруженной.
Я слегка вздрогнул, когда Том представил миссис Альварадо как «моя бывшая жена, Инес». (Он произнес ее имя так, словно оно рифмовалось со словом «бес») Когда позже я спросил его об этом, он ответил:
— О, да, мы с Инес давно уже развелись. Мы были не в состоянии жить вместе, но потом обнаружили, что нравимся друг другу больше, чем кому-либо другому. Так что мы, как это называют americanos, встречаемся.
Ну, я не считаю личные договоренности, какими бы странными они ни казались, моим делом. Инес была янки, полагаю, с мексиканскими корнями; у нее были потрясающие черные волосы, характерные для латиноамериканцев.